Сразу вспомнились пучки сухой травы посреди островков рыжей грязи и красные резиновые ботики, в которых она добиралась к заветному лужку за забором военной части. Родители строго-настрого запрещали гулять вблизи полигона, но именно там, за колючей проволокой, таился загадочный мир, наполненный тишиной одиночества. С тех пор прошло более двадцати лет, Дальний Восток сменился на Петербург, появились дети, умер муж, а неказистая мать-и-мачеха упрямо лезет из мёрзлой земли, даря надежду на лучшее.
Особенно трогательным выглядело то, что жёлтые брызги мать-и-мачехи заполонили собой крошечный пятачок растительности посреди вытоптанной тропы к автобусной остановке.
Скоро час пик, и к жилому массиву по тропке пройдут сотни ног. Доживут ли цветы до завтра?
Она непроизвольно вскрикнула, когда мужской ботинок едва не смял пушистый островок с мать-и-мачехой.
— Осторожнее!
— Извините, я нечаянно.
Резко поднявшись, Рита оказалась лицом к лицу с молодым мужчиной. Он был высоким, сероглазым, с русыми волосами, собранными сзади в короткий пучок.
Он показался ей смутно знакомым, видимо, она ему тоже, потому что, пройдя несколько шагов по направлению к остановке, мужчина обернулся и перехватил её взгляд."
"— Где-то я вас видела. Вы спортсмен? — Рита тут же покраснела, подумав, что коллега её мужа вполне мог быть в курсе его похождений.
— Почему вы так решили? — Удивление, промелькнувшее в его глазах, её совершенно успокоило. — Я не имею к спорту никакого отношения.
Но тем не менее мы с вами прежде пересекались в какой-то точке. — Его взгляд переместился ни Ритины руки, и она сразу же спрятала их в карман, потому что на ногтях красовался жуткий густо-фиолетовый маникюр с серебристой подковой посредине. Тем не менее он оценил: — Креативно.
— Да, я такая, — отрезала Рита, внезапно подумав: «Интересно, он тоже изменяет жене?»
И так ей стало горько от этой мысли, так мерзко, что она поспешно развернулась и пошла в противоположном направлении, хотя нужный автобус, блестя боками, уже подруливал к остановке.
* * *«Странная дамочка — под стать своему жуткому маникюру», — вскользь подумал Никита Волчегорский, подходя к парковке, где пару часов назад оставил машину. За то время, что он передавал дела своему преемнику, автомобилей заметно прибавилось. Озабоченным взглядом он оценил серый «Ниссан» поперёк выезда, за которым мелькнула светлая куртка сбежавшей от него незнакомки.
