В его глазах вспыхивает пожар от одной только искры. Видимо, не только он умеет задевать за живое, но и я.
— Мою жену жалеть не надо, Полин, — со сталью в голосе произносит. — Я её ценю, уважаю, понимаю и принимаю. Со свой стороны даю всё необходимое: деньги, защиту, силу и стабильность.
«Стабильность в блядстве?» — хочу спросить, но вслух, конечно же, не озвучиваю. Мне нужно домой. И Саша пока единственный, кто может что-либо с этим сделать. Есть вариант выйти на улицу с протянутой рукой, но как-то не прельщает.
— При этом я не загоняю себя в дебильные продиктованные обществом рамки, — подытоживает Журавлёв.
— И где во всём этом любовь?
Чуть склонив голову набок, выдерживаю полный иронии взгляд.
— Что такое любовь, Полина?
Подавшись вперёд, беру из рук Саши тлеющую сигарету. Если не алкоголь, то хотя бы никотин. Вдруг поможет?
Затянувшись горьким дымом, пытаюсь не закашляться. Лёгкие жжёт.
— Теперь мне стало жаль и тебя, — произношу, выдыхая.
Длинные ухоженные пальцы легко касаются моих.
И вроде бы ничего значительного, но отчего-то остро бьёт током.
Саша укоризненно качает головой, забирая сигарету. Прижимает её к губам, вдыхает в себя серый дым с каким-то особым наслаждением, слегка прищурившись и улыбаясь. И только потом я замечаю, что на фильтре остались следы моей помады.
— Отвези меня к дому, а… — прошу с нотками отчаянья в голосе. — Я лучше подожду Наиля там.
— Потерпи пару минут.
Несмотря на нашу пикировку, Журавлёв разговаривает без капли обиды, с теплом.
Как будто с маленьким несмышлёным ребёнком.
Я высвобождаю ногу из захвата, звонко встаю каблуками на плитку.
В этот же момент в зал заходит высокий широкоплечий мужчина в чёрном деловом костюме.
Он обводит взглядом посетителей, концентрирует свое внимание на нас. Приближается размашистым шагом, сжимая подмышкой… мою сумку с золотистой эмблемой.
Внутри всё ликует.
Саша пообещал, что поможет, но я и подумать не могла, что так.
Глава 18
— Нашли у автовокзала, Александр Вадимович, — отчитывается мужчина.
— Признался сразу же — на месте.
— Отлично, Борь. Нож изъяли?
— Да, и навешали прилично. Всё, что просили — выполнили.
Журавлёв удовлетворённо кивает, закинув руки на спинку дивана. Со стороны кажется, что собой он доволен куда больше, чем оперативной работой Бориса. И я никак не могу с этим поспорить. Заслуженно.
Опустив взгляд, открываю замочек сумки и исследую содержимое.
