Абсолютно ясно, что этот прием не сработает, но точно поможет мне выплеснуть хотя бы маленький процент взлетевшей до небес агрессии.
— И часто так происходит?
Настя запрокидывает голову и равнодушно смотрит в потолок. Даже в такой ситуации держится ровно и адекватно. Не то, что я. Но к кнопкам не рискует подойти — передает возможность мне. Не потому, что боится, просто никуда не торопится.
Я скольжу взглядом по выпирающим ключицам и тонкой шее, на которой висит кулон с первой буквой имени.
Невовремя думаю, что мы вполне могли бы стать подругами — все зачатки для этого были.
Встречи, переписки. Совместные походы в клуб, на массаж, концерт и шопинг. Чёрт. И как после этого вообще заводить дружбу?
— Думаю, ты чаще здесь бываешь.
Настя хмыкает и тянет губы в улыбке.
— На самом деле нет.
— Да, точно. Я забыла — у вас более неформальные места для встреч.
Набрав номер диспетчера, отстукиваю шпилькой по полу. Наверное, не стоило скатываться в претензии, но в данный момент сложно совладать с собой.
Грудная клетка ходит ходором, внутренности скручивает узлом. Мне важно дать понять, что я в курсе всего. И вовсе не по причине того, что влезла в чужой телефон или узнала от подруг, а потому что у нас с мужем честные искренние отношения и море доверия.
По факту — хочется рассмеяться в голос. Если я в это не верю, то не поверит и Настя.
Диспетчер отвечает и довольно оперативно принимает заявку. Я должна успокоиться, но вместо этого громко наиграно возмущаюсь и требую, чтобы лифт как можно скорее починили, потому что у меня впереди важные планы.
И жуткая аллергия на любовницу мужа.
— Я ни на что не претендую, Полина, — глухо проговаривает Журавлёва. — Тем более, Наиль чётко обозначил, что семья для него на первом месте.
Вернувшись к своей стене, медленно оседаю на пол. Мысли усиленно атакуют. Интересно, после какого раза обозначил? Что этому поспособствовало?
— Видимо, недостаточно чётко, если ты продолжаешь лезть."
"Ноги слабеют, виски трещат.
Состояние в разы хуже, чем тогда, когда я застряла в первый раз.
Настя нервно усмехается и повторяет за мной — опускается по стене, но в противоположном углу лифта. И в голову тут же приходят тупые ассоциации, что мы на ринге. Кто кого нокаутирует — не спрогнозируешь.
— Я не собираюсь перед тобой отчитываться, но скажу правду: да, я увязла в Наиле, наверное, больше, чем планировала, — зачем-то продолжает диалог Журавлёва.
