Так какого черта я здесь торчу? Кто знает, какие тараканы в голове у этой Афродиты? Может, она просто разыгрывает представление, чтобы привлечь к себе внимание! Я не собиралась тратить свое время на ее фокусы, тем более, сейчас.
— Как скажешь. В таком случае, я тебе тоже не мерю, — объявила я. — Можешь оставаться здесь и наслаждаться своими видениями. У меня есть дела поважнее.
Я повернулась к ней спиной и сделала шаг в строну конюшен, но она схватила меня за запястье своей мокрой от слез, дрожащей рукой.
— Нет, ты должна остаться! — стуча зубами, проговорила Афродита. Кажется, я поторопилась уверить себя в том, что она притворяется. Такое не разыграешь! — Ты должна узнать о моем видении!
— Нет! Ничего я тебе не должна, — огрызнулась я, отдирая ее костлявые пальцы от своей руки. — Все, что с тобой происходит, касается только тебя, а я тут ни при чем. Сама разбирайся со своими проблемами!
Я решительно шагнула в сторону и быстро направилась к входу в конюшни.
Как оказалось, не слишком быстро.
Голос Афродиты догнал меня и пронзил насквозь, как нож.
— Тебе придется меня выслушать. Если сейчас ты уйдешь, твоя бабушка умрет.
ГЛАВА 9
— Что ты несешь! — вскрикнула я, оборачиваясь к ней.
С Афродитой творилось что-то жуткое. Ее дыхание превратилось в короткие судорожные вдохи, а глаза начали закатываться, так что даже в темноте я различила ослепительную белизну ее белков.
Я подскочила к ней, схватила за плечи и изо всех сил встряхнула.
— Немедленно говори, что видишь! Афродита с трудом кивнула, и я поняла, что ей стоит огромных усилий поддерживать разговор.
— Скажу… — прохрипела она. — Только останься со мной.
Я села с ней на скамейку и позволила Афродите вцепиться в мою руку, стараясь не обращать внимания, что она с такой силой стиснула мои пальцы, будто хотела превратить их в труху.
Да что там пальцы! Я не обращала внимания даже на то, что Афродита была моим врагом, что я никогда ей не доверяла и не могла доверять сейчас; мне было наплевать на все, кроме одного — моей бабушке угрожала опасность!
— Я никуда не уйду, — хмуро сказала я.
Потом вспомнила, как Неферет однажды при мне вытягивала из Афродиты ее видение, и приказала: — Скажи мне, что ты видишь.
— Вода! — с готовностью воскликнула Афродита. — Ужасная вода… Страшная… Коричневая и очень холодная. Ужасно, ничего нельзя сделать… Не могу… не могу открыть дверь «Сатурна»…"
"Сердце у меня провалилось куда-то под скамейку.
