Я резко вдыхаю, осознавая это, потому что смутно помню, как надевал то кольцо ей на палец. Но я мог бы поклясться, что все произошедшее прошлой ночью было лишь сном.
– Что? – задыхаясь, спрашивает она и садится.
Какое-то время ее сонный взгляд блуждает по мне, прежде чем Кеннеди понимает, где находится.
– Исайя? – Она откидывает волосы с лица. Тушь расплылась у нее под глазами, а помада размазалась по щеке.
Я никогда не видел идеально ухоженную Кеннеди такой неопрятной.
Она выглядит именно так, как я сам себя сейчас чувствую.
– Почему ты в моей комнате?
– В моей комнате, – поправляю я.
Кеннеди обводит взглядом гостиничный номер и понимает, что он – не ее. Затем ее взгляд падает на одежду, в которую она одета со вчерашнего вечера.
– Боже мой! – Она вскакивает с кровати, как будто та объята пламенем. – Боже мой… Неужели мы?.. Пожалуйста, скажи мне, что мы этого не делали.
– Чего не делали?
– Неужели мы… – Она отчаянно жестикулирует, прижимая другую руку ко лбу.
– Разве мы, ну, ты понимаешь…
– Кенни, – произношу я ее имя, – мы оба взрослые люди. Ты можешь произнести слово «секс».
– Пожалуйста, скажи мне, что мы этого не делали!
Эти карие глаза умоляют меня сказать «нет», что, если честно, немного бьет по самолюбию.
– Судя по тому, что мы одеты, а я был слишком пьян, чтобы что-то предпринять, я готов поспорить на хорошие деньги, что нет, у нас не было секса.
Она выдыхает, с облегчением закрывая глаза. Еще один удар по самолюбию.
Продолжая сидеть на кровати, я поднимаю левую руку.
– Тем не менее мы поженились.
Она широко распахивает глаза.
– Что это, черт возьми, такое?
– То же самое, что и у тебя на руке.
Правой рукой она прикрывает рот, одновременно вытягивая левую для осмотра.
– Нет, мы этого не делали.
– Мы это сделали.
– Мы этого не делали!
– Как громко! Господи… – Я морщусь, проводя кончиками пальцев по вискам.
– Если я правильно помню, где-то здесь есть подтверждающий документ. Но я тоже почти ничего не помню после фонтанов перед «Белладжио».
Она стоит там в джинсовой куртке и белом платье и качает головой. Ирония в том, что платье, которое она надела на девичник сводной сестры, теперь стало ее свадебным платьем.
Я мысленно смеюсь.
