– Хочешь выпить в честь праздника?
Она смеется, и в уголках ее глаз появляются морщинки от улыбки.
– Текилы?
– Ясное дело!
Кеннеди берет меня за руку, и мы подходим к импровизированному бару в углу гостиной.
– Поздравляю вас! Чего желаете? – спрашивает бармен.
– Два шота текилы, пожалуйста.
Он наливает прозрачный напиток в стопки и украшает каждую долькой лайма.
Кеннеди поднимает свою и произносит тост:
– За то, чтобы все получалось с первого раза, даже если это вышло случайно.
Я чокаюсь с ней.
– За то, чтобы это было навсегда.
– Навсегда.
Я наклоняюсь и целую ее, прежде чем мы выпиваем.
– Пойдем со мной, – говорит Кеннеди, переплетая наши пальцы.
Она тянет меня за собой, и я следую за ней в дом.
– Быстрый секс в самый разгар вечеринки? – спрашиваю я. – Пожалуй, мне нравится вся эта затея со свадьбой.
Она издает смешок, приближаясь к нашей комнате. Оказавшись внутри, Кеннеди запирает дверь и включает свет, увеличивая яркость до предела.
– И при свете? – Я начинаю расстегивать рубашку.
– Поехали!
– У меня есть для тебя свадебный подарок.
– Да, черт возьми, он у тебя есть.
Протянув руку, Кеннеди не дает мне расстегнуть последнюю пуговицу.
– Свадебный подарок другого рода. Не волнуйся: позже у тебя будет много интересного в первую брачную ночь.
Она роется в своем чемодане, достает маленькую коробочку и, прикусив губу, протягивает ее мне.
– Они подходят не всем, так что, возможно, это была неудачная идея, но я подумала, что стоит попробовать.
– Что это?"
"– Открой и посмотри.
Подозрительно поглядывая на нее, я снимаю крышку с картонной коробки и обнаруживаю внутри футляр для очков.
– Очки? – Открыв магнитную крышку, я обнаруживаю необычные линзы в толстой черной оправе. – Солнцезащитные очки, – поправляюсь я.
Ее голос нежен.
– Надень их для меня?
Я делаю, как просит Кеннеди: надеваю очки и поправляю носоупоры, чтобы они сели правильно.
Она пристально наблюдает за мной.
– Очень красивые, детка. Благодарю тебя.
– Иногда требуется несколько минут, чтобы глаза к ним привыкли.
Они предназначены для использования на улице, при солнечном свете, поэтому здесь могут не сработать. Или могут не сработать вообще. У всех по-разному.
– Они работают. – Я оглядываю комнату. – Здесь, конечно, стало темнее.
Мой взгляд возвращается к ней, и на ее губах появляется легкая улыбка. Кажется, она разочарована.
Возможно, я недостаточно благодарен, поэтому наклоняюсь и целую ее.
– Спасибо. Они великолепны.
