Я халат накинула, по коридору потопала. Кто в такую рань приехал? У меня много друзей, масса знакомых, но все они люди прекрасного воспитания. Без приглашения не явятся. И тут меня осенило! Людочка Ветивицкая! Она на этаж выше живет, с ее маленького балкона на мой широкий, прямо как терраса, вещи ветер зашвыривает. Люда по старинке бельишко на улице вывешивает. Улетят у нее тряпочки, бежит Ветивицкая ко мне. И я распахнула дверь, не посмотрев в домофон.
На площадке оказалась не Люда, а Регина. Я ее сразу узнала.
С хамкой явились два человека, мужчина и женщина. Вдова Кузнецова, забыв поздороваться, пальцем на меня показала и спросила:
— Вы родная тетка Рианатаны? Ведь так?
Я растерялась, поэтому машинально ответила:
— Да.
Нахалка продолжала:
— Лианатана, ваша сестра, давно скончалась. Апартаменты никогда не принадлежали другим людям, только семья де Гарсиа в них жила. Верно?
Вопрос снова адресовался мне, но я уже успела справиться с удивлением, поэтому вежливо, но твердо ответила:
— Информация верна.
В этих апартаментах мои предки де Гарсиа де Кастильо поселились давно. А теперь соизвольте объяснить причину вашего визита.
Мужчина открыл рот, но Регина не дала ему высказаться."
"— Риа все сделает ради Анечки. Девочки считают себя близнецами. В ваших хоромах полно дорогих картин, подлинников, они стоят таких денег, что закачаешься. Да хоть в холле посмотрите.
И тычет пальцем в полотно, которое на стене красуется. Несмотря на странность ситуации, мне стало смешно. Да, я владею коллекцией редких работ кисти великих мастеров, но есть и мусор.
Что будет, если снять, допустим, вот это полотно?
Тиа показала на картину в дорогой раме, которая висела слева от больших, явно старинных напольных часов в резном деревянном корпусе.
— Ничего, — пожала я плечами, — останется пустое место и крюк.
— Вот именно, — кивнула хозяйка, — и еще след, потому что под творением рук Ханта[4] краска не выцвела. Тем, кто войдет в комнату, вмиг станет ясно: что-то отсюда убрали. Эсмеральдо не хотел делать ремонт, но и не желал, чтобы его многочисленные гости догадались: он продает живопись.
Поэтому отец заказывал копию и водружал ее на место проданного подлинника. Тех, кто по-настоящему разбирается в живописи, единицы, остальные приходят в восторг, посмотрев на табличку с именем автора. Регина показывала на мазню, творение рук современного маляра, но ее спутники закивали, зацокали языками:
— О! Кустодиев!
Потом мужик стал снимать ботинки.
