Через год Лиа умерла, Рианатану определили в детский дом, я ремонт сделала, восстановила первоначальный облик апартаментов. Когда вошла в ту часть, которую сестра себе отгородила, меня чуть не стошнило. Грязь неописуемая, стены голые, ни одной картины, мебели нет. В комнатах на полах рваные матрасы валяются. Наркоманка все продала, отраву покупала. Поскольку лицевой счет мы не разделяли, я просто стала жить как раньше.
Тианатана вскинула подбородок.
— Думайте что хотите, ничье мнение меня никогда не интересовало.
Да, я не взяла к себе Рианатану. Не люблю детей, не умею с ними обращаться, у меня своя жизнь. Если б я хотела родить, могла найти такую возможность, но материнство никогда меня не привлекало. И у Рии был родной отец, который не пожелал ссориться с законной женой, решил, что сестра любовницы съест кашу, которую прелюбодей заварил. Ну уж нет. Собирать в чужом пиру похмелье — не мое хобби. Связь с племянницей я никогда не поддерживала, желания видеть ее не испытываю.
Вот так.
— Но девочка прописана здесь, — напомнила я."
"Тиа закатила глаза.
— Верно. По месту жительства матери. Я понимала, что, когда она вырастет, могут возникнуть проблемы, но не делала никаких телодвижений, не пыталась ее лишить квадратных метров. Прошли годы, и вдруг в гости прикатила Регина Львовна, законная жена Григория. Я ее визиту отнюдь не обрадовалась, но вежливо спросила:
— Что вас ко мне привело?
— Гриша скончался. Перед смертью он мне открыл правду о внебрачных дочерях, — заявила баба.
Я в очередной раз подпрыгнула.
— Дочерях? У Лианатаны было несколько детей?
Глава 24
Тианатана налила в пустые чашки остывший чай.
— Нет. Слава богу, у Лии родилась только Рианатана. Но Григорий был любвеобилен, хуже павиана. Умирая, он покаялся жене, что постоянно ей изменял. Для меня осталось загадкой, каким образом некрасивый, немолодой Гриша ухитрялся соблазнять юных девушек. Чем он их привлекал? Регина пояснила:
— У Гриши две внебрачные дочери.
Рианатана и…
Тиа умолкла, потом продолжила:
— Имени не помню. Простое очень. Маша, Таня, Лена…
— Катя? — подсказала я. — Степкина?
Хозяйка провела ладонью по скатерти.
— Совсем не помню. Пусть она Екатерина, эта девочка ненамного старше Рии, на пару месяцев, а вот моя племянница почти в один день с законным ребенком Григория от Регины родилась. И ее имя я тоже не запомнила. Валя, Галя…
— Аня, — вздохнула я.
— Возможно.
