– Итак, госпожа ведьма, каков ваш ответ? – Фарийский проявил раздражающую настойчивость. – Кстати, вы не представились.
Сдалась я ему! Или он что-то подозревает? Я ведь сейчас не очень похожа на себя юную? Так, отдаленное сходство? Да и вряд ли Фарийский помнит внешность Зеи, подружки принца Кассия. У мужчин короткая память, вдобавок целых двадцать лет прошло.
– Благодарю за приглашение, но мне удобнее добираться в столицу в одиночку, – вежливо отозвалась я.
Фарийский кивнул, принимая ответ.
– Хорошо, больше настаивать не буду.
Но хоть имя упрямой, самостоятельной ведьмы я могу узнать?
Как маг, занимающий ступень выше рядовой ведьмы, он мог бы потребовать от меня выложить личную информацию. Но он не давил, и это подкупало. Желтовато-карие глаза смотрели прямо, удивительно искренне для мага.
– Эффи, – озвучила я имя, которым привыкла называться последние двадцать лет.
– А полностью? – проникновенно спросил Фарийский, удерживая мой взгляд.
Бездумно, лишь бы поскорее переключил свое внимание с моей персоны на что-то другое, ответила:
– Эффизея.
– «Ядовитая колючка»? – Маг усмехнулся, разрушая странный момент. – Вам подходит, Эффи. Скажите, а назвали вас, случайно, не в честь Эффизеи Арбор? Может, вы даже родственницы?
Он скользнул по мне внимательным взглядом снизу вверх.
Я обмерла, внутренне холодея. Как?.. Он помнит мое полное имя и фамилию?
Тотчас отвесила себе мысленную оплеуху. Все просто: ему напомнили, когда отправили за хранительницей.
Даже преодолев ступор, я все равно не знала, что сказать, маг ведь почувствует откровенную ложь.
А как уклончиво ответить на вопрос о родстве с самой собой, не представляла.
Фарийский напряженно ждал, не сводя с меня потемневшего взгляда. Такое ощущение, что мой ответ для него судьбоносный.
– Я…
– Да родственница она, родственница! Чего тут непонятного? – недовольно фыркнул Чейл, спланировав мне на плечо. – А еще девчонка – ученица Эффизеи Арбор!
Я испытала благодарность за вмешательство: определить степень искренности его ответа сможет не всякий.
Внимательным к мелочам ведьмам не всегда удавалось понять, когда кураторы врали, а когда говорили правду. А уж в намеках и недомолвках Чейл и вовсе мастер.
Изумленно рассматривая полупрозрачного синего бурундука, маг кивнул, принимая ответ.
Я выдохнула. Рано.
– Если вы здесь, то и ваша наставница тоже? – спросил Фарийский, прищурив изжелта-карие глаза. – Не могла же она отпустить юную ученицу одну в приграничный город.
