Видимо, моя тяга к этой девчонке сильнее доводов разума и холодного расчета. В городке полно красивых девчонок, согласных на любые эксперименты в сексе, а меня зациклило на невинной малышке. Вот дебил! Ходи, смотри, облизывайся, но не смей трогать… Год!
Ладно, даже интересно, что из этого получится."
"Ника красивая девочка, тонкая и грациозная, словно фарфоровая статуэтка. Залипаю на ее плавных от природы движениях. Тону в больших, словно чистое голубое озеро, глазах. У нее тонкие красивые черты лица и пухлые сочные губы.
Как такую девочку не захотеть в свою коллекцию?
А еще меня покорило в этой девочке бесстрашие, я чувствовал ее кайф, когда разгонял тачку до максимальной скорости. Ника не ведется на бабки, что в современном мире не может не подкупать.
Собираюсь заехать за Никой в школу, даже притормаживаю на повороте. Бросаю взгляд на часы — рано за ней заезжать. Буду торчать возле школы два часа? Два часа долго, но приехать лучше заранее.
Нужно показать, кому девочка принадлежит. Она вся такая из себя красивая в новой школе.
Пацаны, сто процентов, уже ставки делают, с кем она будет мутить. Только они еще не в курсе, что их ждет, если посмеют тронуть мое. Я далеко нахожусь, не могу контролировать ее передвижения и общение, но мне этого и не надо. Здесь меня каждая собака знает. Покажусь рядом с Никой, слухи сразу расползутся по округе. К ней никто не сунется. Бессмертных в селении нет. Паре ребят дам задание, чтобы за ней присматривали, предупреждали несведущих, чья это девочка.
Сворачиваю пока к дому. С утра не было времени перекусить. Поем и рвану за Никой. Охрана приветствует, пропускают на территорию. Сообщают, что отца нет дома, будто я спрашивал. Надо чаще появляться, а то меня скоро за гостя начнут принимать.
Захожу в дом, чуть ли не спотыкаясь о разбросанный инвентарь прислуги. Какого?..
Иду на шум в сторону кухни. Останавливаюсь на пороге, с интересом наблюдаю за происходящим. Прислуга сидит на кухне за столом. Пьют чай, смеются. Замечаю бутылку вина на столе.
Меня не замечают, продолжают вести бабские разговоры. С каких пор они получили столько свободы?
Опираюсь плечом о косяк двери, складываю руки на груди. Мои движения наконец-то привлекают внимание. Замечают меня, на губах застывает смех. Вскакивают на ноги, чувствуя свою вину, опускают взгляд в пол. Они могут обедать в доме, но не выпивать, не устраивать «веселые» посиделки, не закончив уборку. Бухать они могут в свой выходной день за пределами особняка.
