Я уже пообедала. Дальше сам разбирайся.
Сама поела, чтобы со мной не пересекаться. Спланированно или случайно получились? Пиздец, Клык. Сам вёл к расставанию, чтобы не расхлёбывать проблемы, а теперь ищу следы того, что Арине хреново.
Я не знаю, что делать с девушкой и её сыном. Держать здесь всё время не вариант, как бы не хотелось. Не известно насколько затянуться разборки, а она совсем скоро рванёт от меня. Или к Харукану вернётся, чтобы от меня освободиться.
Сука. Отпустить её тоже не могу. Буду же как пёс вокруг дома наматывать, проверяя, чтобы в безопасности была.
Будто цепь вокруг шеи обвязала и дёргает. А я сам подставлялся, позволял.
Над Пулей раньше ржали, а теперь сам такой же стал. Только Вера его другая и история их тоже. А у меня херня полная. Как и у Зверя. Интересно, его тоже так скрутило или только я попал?
— Миха, — зову под вечер. — Нужно Алека забрать.
— Не нужно.
Арина влетает в комнату взъерошенная. Кусает губы, глаза бегают. Но выглядит так, будто на конкурс красоты собралась.
Волосы уложила, косметикой намазюкалась. И платье короткое, открывающее полный доступ к её длинным ногам.
— Алека уже привез мой друг, — отводит глаза и поправляет волосы. — Можно ворота открыть, чтобы они заехали?
— Нет. За воротами забери и домой.
— Ладно.
Хмуриться, поджимает губы и стреляет взглядами. Уверен, представляет на моём месте кучку пепла. Недовольно вздыхает, но кивает. И идёт на выход, даже не захватив пальто.
— Проследить? — предлагает Миха, поправляя кобуру.
— Сам.
Но Миха идёт со мной, чтобы не дать натворить глупостей. Какие глупости. Так, пару выстрелов и будет всё прекрасно. Этот «друг» смертник, раз решил к моей Арине кататься.
Мимо проноситься мальчуган, едва не врезаясь в нас.
— Привет, Миха. Привет, Клык. Пока.
И уноситься в зал с огромной коробкой. Что-то радостно визжит и рассказывает сам себе, срывая обёртку. Но мне нихрена не слышно за злостью, бьющей в груди.
Арина висит на каком-то парне. Целует его в щёку и утыкается в шею.
А он обнимает её в ответ, опуская руки ниже положенного. Улыбается и прижимает ближе.
Смертник."
"Глава 28
Арина
Я не могу сдержать радости. Обнимаю Данчика, стараясь согреться его теплом. И дело ведь совсем не в температуре воздуха. Просто с ним всегда легко и тепло, без проблем и самокопания. Можно поговорить о глупостях и новинках кино, откинуть все переживания на задний план.
— Я соскучился, любовь моя, — и впервые ничего не ёкает внутри.
