Она сжимает мои руки и в лицо выдыхает немного пахнущие миндальным ликером слова:
— Сейчас медленно поверни голову и посмотри вверх на крайний левый балкон.
— Там Эдя? Не хочу на него смотреть. Он решит, что можно подойти.
Катя сжимает губы и мотает головой.
— Нет. Там не Эдя. Там… Тебе понравится."
"Сердце реагирует сбоем в ритме ударов. Я пропускаю несколько вдохов и оглядываюсь, легкомысленно забив на аккуратность.
На крайнем левом балконе, упершись руками о перилла, стоит мужчина. И я его не знаю.
Он старше.
В полумраке, разбавленном проблесками ярких прожекторов, возраст определить мне сложно, но ему точно больше тридцати. Заматеревший. Плечи шире, чем у моих сверстников. И он без стеснения смотрит теперь уже мне в лицо. Кожу шпарит кипятком.
Ему всё равно. И мне должно быть.
Незнакомец изучает меня, не скрываясь. Я делаю то же самое в ответ.
Коротко выстриженные виски и спадающая на лоб челка. Словно выточенные из камня черты. Грубоватые. И привлекательные. Густые, слегка сведенные, брови.
Ровный нос. Широкие скулы. Волевой подбородок. Тонкие губы. Их легкий изгиб…
Сложнее всего тормозить на глазах. Я успеваю проехаться по мощным плечам, «задеть» выступающий кадык, изучить лежащие на периллах руки. На правой кисти у него тату. Думаю, далеко не единственное на теле. Только почему я вообще об этом думаю? И почему мне жаль, что предплечья скрыты одеждой?
Сделав вдох, сбрасываю оцепенение. Поднимаюсь к ярко-голубым глазам и смотрю в них без страха.
Пусть я не родная дочка Яровея, но и трусихой меня не назовешь.
Да и чего мне бояться?
Выражение на мужском лице не меняется. На моем тоже. Только бровь приподнимаю. Мол, чего ты пялишься?
В ухо, словно сквозь слой ваты, попадают Катины слова.
— Господи, он сейчас спустится к тебе и трахнет. Такой… А можно меня трахнуть?
Не могу оторваться от незнакомца даже чтобы шикнуть Катьке: дурочка, тихо!
Не спустится он. И не трахнет.
Глаза сломает, вот и всё.
Понимание, что «засмущать» его у меня не получится, не расстраивает, а наоборот усиливает азарт.
Поднимаю руки и делаю несколько движений бедрами. Он «оживает». Немного меняет позу и смотрит внимательно. Скользит зрачками по ногам и бедрам. А вместе с его взглядом по моему телу скользит жар.
Замерев, продолжаю смотреть в глаза. Слегка киваю подбородком. А дальше что?
И снова нет ответа. Только полупрозрачный, и слишком насыщенный для этого цвета, взгляд врезается в мои глаза.
Рука с татуировкой поднимается в воздухе.
