Олег сказал, что не злится»
Мама читает моментально, а у меня по плечам бегут мурашки из-за того, что она заставила возвращаться к произошедшему.
Мне неловко. Я злюсь. Я поэтому сегодня и сбежала вечером в клуб. Хочу сбросить с себя прилипшую к коже неловкость и пережить конфликт с отчимом.
«Умница. Отдыхай, дочка»
Блокирую мобильный и откладываю, чтобы уткнуться взглядом в плывущий мимо вечерний город.
Наша с отчимом стычка произошла на ровном месте. Даже не знаю, почему мы вдвоем так завелись.
Обсуждали абсолютно безобидную тему за завтраком.
Я показывала видео со щенком, которого завели родители Кати — моей лучшей подруги ещё со школьных времен.
Я знаю, что мама к собакам равнодушна. Олег тоже. Но о чем-то ведь нужно было говорить.
Отчим, видимо, был не в лучшем расположении духа. Просто так заметил, что собака невоспитанная. Надо отлупить, чтобы знала, кто тут власть.
Я понимала, что это всего лишь слова. Что просто. Надо. Молчать. Но не смогла.
Для меня это слишком. Мне кажется недопустимым, что некоторые люди считают силу и принуждение — отличной альтернативой усилиям, прилагать которые лень.
А нужно объяснять. Воспитывать. Стараться.
Мы сцепились так, будто речь не о чужом щенке, которого пальцем никто не тронет, а лично о нас.
Я ушла, со звоном отбросив приборы.
Мы с Олегом не разговаривали до вечера. В пять я постучалась к нему в кабинет, чтобы извиниться за резкость.
Он тоже сказал, что был груб. Не хотел.
Дергано поцеловал меня в лоб и отпустил.
Я ушла, чувствуя облегчение, но внутри всё равно неприятно тянет.
Поэтому когда Катя напомнила про открытие нового ночного клуба — согласилась.
Как обычно, согласовала поездку с Борисом. Это не мой отец. Своего отца я не знаю. Это начальник безопасности отчима.
Олег Яровей… Богатый. Очень-очень богатый человек. Я живу в его доме вот уже восемнадцать лет из моих двадцати двух. Но чем он занимается так до конца и не поняла.
Интуиция подсказывает: незнание к лучшему. Для нас с мамой он хороший человек.
Мама его ужасно любит. Просто ужасно сильно.
Я благодарна за жизнь, которую живу. Безбедную. Полную перспектив и возможностей.
Материально отчим ни в чем мне не отказывает. И щенком, которого учат силой, я тоже не была.
Это уже много.
Машина подъезжает к зданию клуба. Я вижу Катюню издалека. Она стоит немного в стороне от входа, перетаптываясь с ноги на ногу. Подруга — в ультра-коротком переливающемся блеском платье и открытых босоножках.
