Его Бентли, способная выжимать сто километров меньше чем за четыре секунды, нарочито плавно везет нас в один из лучших ресторанов города.
Здесь Яровей устраивал последний мамин День рождения. Было незабываемо: баснословно дорого и безгранично роскошно. А сегодня мы с Артуром Зерновым едем сюда на первое, вроде бы, свидание."
"Мой спутник на этот вечер паркуется, бросив на меня короткий взгляд. Я смотрю в ответ и даю губам команду улыбнуться. Мажу взглядом по расположившемуся на заднем сиденье букету. Это уже не корзина, но не менее впечатляющая вязка длинных розово-кремовых роз.
Мотор машины перестает приятно урчать. На тихое:
— Не торопись, — реагирую ещё одной вяло-застенчивой улыбкой.
Веду ладонями по юбке платья в пол, в выборе которого активно участвовала мама, пока Артур обходит капот своей тачки.
Всё это кажется мне слишком пафосным и неуместным.
Зернов выглядит прекрасно. И сам красивый, и одет стильно. Высокий. Ухоженный. Вкусно пахнет. Галантный. Умно говорит. Удачно шутит. И… На трезвую я снова понимаю, что не то.
Не мое.
Дверь с моей стороны открывается со щелчком. Я вкладываю пальцы в раскрытую мужскую ладонь и благодарю за помощь.
На свидание с Артуром мне разрешили поехать без Марка. Это в очередной раз демонстрирует доверие к нему Олега Яровея. И заинтересованность отчима в нашем союзе.
Всем настолько важно, что даже Катюше, подозреваю, сказали с расспросами ко мне не лезть. Я написала подруге, что буду ужинать с ее братом. Она отреагировала неправдоподобно спокойно.
В двенадцать Зернова яростно клялась, что более мерзкого человека, чем ее старший брат, в мире нет, а через десять лет уже пишет своей лучше подруге: ""Хорошего вам вечера, крошка. Присмотрись к нему. Он хороший"".
И я знаю, что хороший. А Катюша знает, что искры у меня из глаз при его виде не сыплются.
Артур ловко бросает ключи парковщику и просит:
— Цветы принесете даме?
— Конечно.
За нас всё сделают. Нам нужно только друг к другу присмотреться.
Артур не выпускает мою руку.
Несильно сжав, ведет за собой к парадному входу в ресторан.
Здесь нас встречают так, будто все годы работали именно ради этого момента. Сопровождают к столику, вокруг которого — мертвая зона. Но я благодарна, что мы не следуем за декоративную ширму. Слишком интимной атмосферы мне не хочется.
Мне вообще её не хочется, я просто смиряюсь.
Сегодня я веду себя необычно тихо. Я бы даже сказала инертно, но Артур не раздражается. Может быть списывает на застенчивость.
