Ты же так сказал моему отцу, что не хочешь иметь от меня детей, потому что у них будет с рождения мой угрюмовский набор генов!
– Копец! – Мирон явно злится. – Егор рассказал тебе всё…
– Он мой отец.
– «Волсебник»! – кричит громко Машенька, отвлекая нас от ругани.
Поворачиваю голову в сторону арены, где уже появились два клоуна в ярких комбинезонах – желтом и зеленом. Машуня порывается соскочить с места, точь-в-точь как это делает моя дочь, чтобы выбежать на встречу любимым персонажам.
Крепко сжимаю ее маленькую теплую ручку.
Клоуны прыгают, танцуют, хохмят. Их лица разрисованы так ярко и нелепо, что меня они немного пугают. Особенно, когда их рты растягиваются в широкой улыбке Джокера, становится совсем не до смеха.
Впрочем, после разборок с Мироном, мне действительно совсем не хочется смеяться. Но каждый жест разрисованных мужчин вызывает в зале взрыв хохота, притом взрослые хохочут намного больше и громче, чем их дети."
"– Какой смешной клоун! – раздается громогласный голос клоуна над нашими головами.
– Какая красивая мама! – разрисованное лицо нависает над моим, и я начинаю дрожать. Потому что глаза всех зрителей прикованы к нам. – Мама с папой много говорят! Будут наказаны! – клоун достает плетку. – Ух, как у мамы глазки-то загорелись! – стебется клоун, оборзевший вконец. Дети ни черта не понимают, зато взрослые угорают по полной программе. Надо мной! Мать их!
– Забавно, да? – клоун обращается к визжащей от удовольствия Машеньке. – Как тебя зовут?
– «Маса»!
– А тебя? – мужчина под маской обращается явно ко мне.
Хочется встать и убежать, но так я привлеку только больше внимания к своей персоне, поэтому отвечаю, как в школе:
– Меня зовут Маша.
– Две Маши, забавно! А загадаю-ка я желание! – Не успеваю ничего ответить, как клоун хватает на руки малую и тащит ее на арену.
– Мамочка, за нами!
– На арене «дрессированные мамочки», – смеется Мирон мне в спину.
Мужчина в желтом клоунском наряде прыгает, прикидывается, что споткнулся, и сейчас упадет вместе с Машкой.
В этот момент он издает звук шлепка.
Бегу к ним, истошно кричу. Все надо мной смеются, а Мир сидит спокойно, с интересом наблюдает за происходящим на сцене. Похоже, я его сильно развлекла сегодня!
Машенька тоже громко смеется, а я готова расплакаться от злости, что меня выставили на посмешище.
– Ну всё, достал! – рявкаю зло, толкаю клоуна в грудь, и отбираю у него малышку. Зал удивлено затихает, но тут же взрывается диким смехом.
