Все это время его жена не дышала — она заметила это только сейчас. И сделала глубокий вдох.
И в этот момент она услышала, как ее муж повернул назад. Он спускался по лестнице. Ему, видимо, что-то пришло на ум.
""Это конец"", — подумала женщина.
4— И они вообще ничего не собираются предпринять, чтобы защитить тебя? — недоверчиво спросил Берт.
Он только что пришел с работы, переоделся и теперь сидел в шортах и рубашке с коротким рукавом на веранде. Половина восьмого вечера, но было все еще очень жарко. Ртуть в термометре рядом с входной дверью почти дошла до отметки в тридцать градусов.
— Да что они могут предпринять? — спросила Клара в ответ. Она положила Мари в кроватку и вышла к мужу с двумя бутылками пива и двумя стаканами.
Берт с наслаждением вздохнул.
— Это как раз то, что надо… Боже, какое же жаркое лето!
— Когда лето дождливое, тебе это тоже не нравится, — сказала его жена.
— Да я ведь вовсе не жаловался! Но слушай, а ты этому Кронбергу…
— Кронборгу.
— Кронборгу. Ты не сказала ему, что желаешь защиты полиции?
— Но, Берт, у них ведь даже нет столько сотрудников.
Я еще по своей работе это знаю. Мне приходилось иметь дело с таким количеством людей, которым нужна была защита… но на это не было средств.
— А для чего мы платим налоги?
Берт с возмущением посмотрел на жену. Он был хорошим мужем, как считала Клара, но порой раздражал ее своими разговорами. Уровень застольных бесед, как она думала время от времени. Ее мать перед свадьбой сказала, что Берт простоват для нее.
Но маме хорошо говорить. Клара была уже немолода, а найдется ли еще другой…
— В последнее время письма не приходили, — слабо произнесла она.
— Но Кронборг считает, что ты находишься под угрозой?
— Да.
— Я действительно хотел бы хоть немного понять, в чем, собственно, заключалась твоя вина! — продолжал горячиться Берт. — Ты выполняла приказ своего руководства. Как иначе ты должна была поступить? Уж если кто-то в ответе, так это они!
— Скажи это убийце! — огрызнулась Клара.
Она почувствовала, что у нее разболелась голова. Берту, как это часто бывало, хотелось упорядочить мир по своему усмотрению и согласно своим правилам. И, как это часто бывает, миру не было до этого никакого дела.
Кронборг до самого конца продолжал относиться к Кларе с пониманием и не нападал на нее. Со временем у нее появлялось ощущение, что в его молчании было больше осуждения, чем он высказывал словами.
— Что Мариус вам рассказывал? — спросил он.
