— Конечно. Нас уже давно несло течением к концу, только я не хотела это осознавать.
Ребекка вновь остановилась."
"— О чем я постоянно размышляю, — сказала она, — так это о том, почему у Мариуса в связи с моей персоной возникают невообразимые негативные чувства… да чуть ли не ненависть. Я ломаю себе голову, но мне ничего не приходит на ум. Я его не знаю, это совершенно точно…
— Но, может быть, он знает вас?
— Или он знал моего… умершего мужа. У них возникла какая-то проблема, и теперь он перенес ее на меня.
Инга наморщила лоб.
— Ваш муж был врачом, не так ли?
— Да, хирургом-кардиологом. Может такое быть, что в семье Мариуса был какой-то случай? Может быть, кто-то был недоволен работой моего мужа? Что-нибудь такое…
— Звучит убедительно, — ответила Инга. — Но самое ужасное то, что я почти ничего не знаю о Мариусе. Он никогда не говорил о своей семье.
— Все это кажется мне чересчур странным совпадением. Слишком странным. Мариус носит в себе — возможно, уже много лет — зло на моего умершего мужа или на меня.
Никогда — ни в Германии, ни позже, здесь, в Лё-Брюске — он не встречался ни с моим мужем, ни со мной. И вдруг отправляется автостопом на юг Франции, а по пути его подбирает бывший друг моего мужа и привозит его прямиком в мой дом… Тут Мариус выясняет, что я и есть та персона, на которую он уже давно имеет зуб — или же, по крайней мере, вдова того мужчины, к которому он испытывает глубокое отвращение. И он решает украсть судно… — Ребекка перевела дыхание. — Такого не может быть, или… Так много случайностей…
— Порой происходят очень странные случайности, — сказала Инга, — но в данном случае все и в самом деле чересчур.
— Не может ли быть так, что он рассчитывал на то, что Максимилиан его подберет? — осторожно спросила Ребекка. — Что он как-то организовал эту встречу с ним?
— Я не знаю, как бы он смог это сделать, — недоуменно ответила ее спутница. — Он не мог предвидеть, что нам придется идти через это отдаленное село. Какая-то женщина высадила нас там. А Максимилиан появился в этом месте, потому что хотел объехать пробку на автостраде.
Но эту пробку никак нельзя было запланировать или предвидеть.
Ребекка задумалась.
— У меня из головы никак не выходит одна фраза. Рассказывая мне о сцене на яхте, вы сказали, что Мариус заявил нечто вроде того, что ему не обязательно нужно знать меня, чтобы все знать обо мне. Это могло бы означать…
— Что?
— Это могло бы означать, что он действительно меня не знает. А также и моего умершего мужа.
