Сжав пальцы на руле, Данте осторожно припарковался около величественного, но слегка обветшавшего дома. Ива Гамильтон не только начала строить предположения о его близнеце, но и затронула ту часть жизни, которую он изо всех сил старался стереть. Неужели не понятно, что родители специально упомянуты лишь мельком?
Данте почувствовал, как вновь начинает злиться. Если бы не тиара, он уже высадил спутницу и, развернув машину, мчался бы в аэропорт. Личные вопросы, а тем более семью, он никогда не обсуждал. И обычно на каждом свидании он сразу ясно это обозначал.
Только вот это же не обычное свидание, верно? Это средство, что ведет его к цели. Глядя на обнаженные коленки, он почувствовал, как в нем вновь всколыхнулось желание.
– Не думаю, что мои родственники имеют сейчас какое-либо значение. Гораздо важнее выяснить, что нас заводит. Потому что, раз мы любовники, все должны сразу видеть, что мы весьма и весьма близки и плывем на одной волне. И для этого мне нужно изучить тебя чуть лучше.
И прежде чем Ива успела осознать, что происходит, он отстегнул ремни безопасности и притянул ее к себе так, словно проделывал это уже сотню раз.
А в холодном взгляде было нечто такое, что… Может, она просто осознала, что он слишком сложен и многогранен и без толку даже пытаться его понять? Она машинально попыталась высвободиться, но Данте лишь усмехнулся и приник губами к ее губам.
Только на этот раз все было совсем не так, как в аэропорту. На этот раз Данте Дишон включил все свое мужское очарование и решил ясно показать, кто здесь хозяин.
Вот только что-то ей подсказывало, что на этот раз поцелуй вообще ничего для него не значит.
Но это совершенно не помешало ее телу отреагировать.
Умелые губы с легкостью уговорили ее собственные приоткрыться, и она почувствовала, как напрягаются и твердеют соски. Понимает ли он, что стоило ему лишь раз к ней прикоснуться, и она сразу же оказалась в его власти? Поэтому ли он начал поглаживать ей грудь, когда она тихонько застонала и обвила руками его шею, чувствуя, как между ног нарастает сладкая боль, заставляя мечтать о продолжении.
Когда она снова застонала, Данте слегка отстранился и усмехнулся:
– Мне остановиться? Или продолжать?
На этот раз его рука скользнула под подол платья, и Ива разом разучилась дышать.
– Ну так как? – шепнул он, лаская кончиками пальцев ее обнаженное бедро.
Она уже открыла рот, чтобы ответить, но услышала звук шагов и неохотно отстранилась, чтобы обнаружить удивленно разглядывающую их сестру.
