Они вынырнули из переулка и оказались на широкой многолюдной улице. Дома на ней были шире, в три-четыре этажа, украшены богаче, с гербами владельцев в центре фасадов.
На главных воротах города раздался бой часов — отдалённый, глухой. В доме Ван Вербумов он ощущался громче и отчётливее.
Ника насчитала шесть ударов и не сдержала зевок, успев прикрыть рот ладонью.
Встречный мужчина поднял в приветствии широкополую шляпу и улыбнулся.
Мимо проковылял безногий калека на самодельных костылях.
Его обогнал чернявый мужчина.
Проходя рядом, кашлянул и сплюнул в сторону.
В направлении рынка ехали гружёные товаром телеги. Продавцы тащили неподъёмные корзины или толкали впереди себя плохо управляемые тележки.
Ника присматривалась к жителям семнадцатого столетия — высоким мужчинам в однотонных тёмных камзолах и рослым пожилым женщинам в белых чепцах, молоденьким бодрым служанкам в сопровождении сонно зевающих хозяек. Состоятельные мужчины предпочитали пешей прогулке езду верхом.
Шум рынка послышался издалека.
Сначала он был слабым, неразборчивым, напомнив шум приближающегося дождя. Затем перешёл в невнятный, беспорядочный гомон.
Торговля шла на площади перед церковью. Тонкий игольчатый шпиль её невероятно высокой башни пронзал низкие серые облака.
У Ники захватило дух. Она замедлила шаг. Захотелось подняться на самый верх башни и посмотреть оттуда на окрестности. Казалось, в какой бы части города не находился человек, башня видна отовсюду. Хороший ориентир, чтобы не заблудиться в лабиринте городских улочек и переулков.
Рынок гудел многоголосьем.
Крики продавцов сливались со скрипом и грохотом телег и тележек, ржанием лошадей, лаем бродячих собак, бранью торговцев, не поделивших место в торговом ряду. Кто-то кому-то наступил на ногу, толкнул… Сцепившихся задир разнимали и успокаивали соседи-торговцы.
Между прилавками сновали разносчики с коробами. Наперебой предлагали свой товар.
Громким басом привлекал к себе внимание продавец цветов в горшках."
"Лудильщик гремел инструментом, обещая, что отремонтированная старая посуда станет как новая.
Звонил в колокольчик рыбак. Тонким голосом навязчиво вторил:
— Рыба, свежая рыба! Селёдка, треска, щука! — и снова звонил в колокольчик.
Трубил в рожок булочник. Слышался его надтреснутый голос:
— Свежие булки! Ржаные хлебцы! Кренделя! С пылу с жару! Только что из печи!
Ника вдохнула аромат свежей выпечки — вкусно.
Женщины раскладывали овощи на прилавках, перебирали в ящиках привозные фрукты.
