Человек привыкает ко всему. Она тоже привыкнет.
— Госпожа, — услышала Ника сквозь дрёму голос Хенни. — Вы просили разбудить вас.
— Я? — отозвалась она машинально. После званого обеда, завершившегося неожиданным выигрышем, она успела забыть о своей просьбе.
Глаза открылись с трудом — не выспалась. Знакомое состояние. Такое случалось, когда она засиживалась допоздна, читая интересную книгу или делая эскизы будущих работ.
Смотрела, как служанка сдвигает в сторону тяжёлый полог.
— Хозяйка сегодня не идут на рынок, — сообщила Хенни буднично.
— Мне велено купить лишь свежую зелень и дюжину яиц. Если пойдёте со мной, то вставайте.
Наблюдая, как молодая госпожа осторожно сползает с высокого ложа, уточнила:
— Есть будете?
— Буду, — оживилась Ника.
Её душа ликовала: есть можно что угодно и сколько влезет! Издеваться над чужим организмом, ограничивая его буквально во всём, Ника не станет. До критической отметки на весах худой и бледной Руз ой как далеко. Ей не помешает слегка поправиться.
Для похода на рынок Хенни принесла простое распашное платье из коричневого камлота18, отделанное узкой шёлковой чёрной лентой.
Упаковывания в жёсткий корсет избежать не удалось.
Ника набрала полную грудь воздуха и задержала дыхание. Смотришь, «удавка» будет не так сильно впиваться в тело.
Хенни в два счёта затянула шнуровку. Глядя на потемневший синяк госпожи, жалостливо спросила:
— Болит? Слабее сделать?
— Уже не надо, — буркнула подопечная.
Волосы пришлось убрать под симпатичный белый кружевной чепец, который Руз оказался к лицу.
В нём она выглядела юной и необыкновенно хорошенькой.
У Хенни было приподнятое настроение. Она всё ещё не могла прийти в себя после получения выигрыша.
Ника с улыбкой вспоминала округлившиеся глаза служанки, когда от вида золотых монет она растерянно промямлила:
— Это слишком много. Не могу взять.
— Ты столько никогда не выигрывала? — прищурилась Ника подозрительно. То, как решительно Хенни приняла её сторону и сделала ставку, говорило об обратном. — Где ты играла? На что ставила?
Служанка ответила не сразу.
Поиграв в раздумье бровями, вздохнула:
— В таверне «Старина Ханс», что на Стекольной улице. Там петухи дерутся.
— Петушиные бои? — уточнила Ника. Вспомнились слова Руз о том, что Якоб поставил не на того петуха.
«Он игрок», — дошло до неё. Судя по всему, заядлый и неудачливый.
— Выиграла? — спросила она у Хенни.
Та кивнула:
— Поставила два гульдена, получила один сверху. Мне нужны были деньги, чтобы отвезти домой.
