— Ты поняла? — Питер вопросительно поднял брови и с недовольством уставился на неё. От кузины он ждал другой реакции. — Через двенадцать дней дом станет моим.
— Как и долги. С чем тебя и поздравляю, — Ника осклабилась, довольная брошенным камнем в огород наследника.
Питер дёрнулся как от удара и стукнул наконечником трости по полу:
— Лающая собака не кусает, — ощерился в ответ.
Ника посмотрела на госпожу Маргрит, не зная, чего от неё ждать. Было приятно сознавать, что за время своего отсутствия они с Питером к общему знаменателю не пришли, но всё ещё могут.
Неожиданный поворот событий повернёт флюгер мыслей женщины в диаметрально противоположную сторону, кардинально изменив сформированное ранее мнение, сочтя его ошибочным. Таковы нравы здешнего общества. Там, где царят деньги и власть — не место обидам и гордости. Приходится идти по головам, даже если это голова собственной дочери.
Пока ветер перемен дул в нужную Нике сторону.
Выглядела мама откровенно плохо: обмякла, ссутулилась, уголки губ скорбно опустились, на бледном лице сухим блеском горели глаза.
Следов слёз заметно не было. Если она плакала, то давно.
Ника не стала отвечать кузену. Очередная словесная перепалка лишь ухудшит и без того критическое положение.
Девушка встала, подравнивая бумаги. Чернильный прибор она заберёт в комнату и там закончит писать последнее прошение. Не глядя на Питера, обратилась к нему:
— Если не передумал купить у меня расчёты по похоронному бюро, то вот они. Сто гульденов, — напомнила бесстрастно, положив на край стола перевязанные тесьмой бумаги.
Мужчина шагнул в её сторону, однако госпожа Маргрит опередила его, вскрикнула:
— Нет! — и поспешно накрыла ладонью стопку, прижав её к столешнице. — Это стоит гораздо больше.
— Я не дам сверху ни стювера, — заявил Питер, поджав губы.
— У меня есть другой покупатель, — мама решительно пододвинула бумаги к себе.
Ника не посмела её остановить. Продавать бизнес-проект кузену не хотелось. Но вот незадача — уйти сегодня, не имея в кармане ни гроша, она не сможет.
— Когда я получу деньги? — поинтересовалась девушка. Кому достанется проект, её не интересовало.
— Всё после, — отмахнулась госпожа Маргрит, не иначе как не желая говорить о покупателе в присутствии Питера. — Хенни, подавай обед. Есть хочу, будто семь дней не ела. Вина принеси. Вот, возьми, — передала Нике принесённый пакет. — Господин Готскенс сказал, если ты исполнишь поручение за пять дней, то заказчик удвоит плату за срочность.
