Это очень удобно и необычно. У меня есть эскизы, если пожелаете взглянуть.
— Вы сказали… мемориальный комплекс? — оживился банкир. — Не совсем понял, что вы имеете в виду.
— Когда увидите эскиз, то поймёте. А сейчас я должна сказать вам… — не знала, как сказать о главном."
"— Что вас тревожит, милая госпожа Руз? — Ван Ромпей погладил её ладонь и заглянул в лицо.
Ника вытащила руку из его тёплых ладоней и тяжело вздохнула:
— Я не смогу использовать данный вами кредит по прямому назначению. Похоронного бюро не будет.
У Якоба был большой долг, который мы должны вернуть в ближайшие дни. Если вы дадите мне деньги, то должны знать, что они уйдут на погашение долга, а значит… В общем, вы понимаете. Я не могу взять у вас кредит и обмануть вас. Отдавать долг мне будет нечем.
— Кому вы должны, и о какой сумме идёт речь? — спросил банкир.
— Якубус задолжал Ван дер Мееру. Точную сумму затрудняюсь назвать, но знаю, что много. Мама знает. И ещё… — Ника колебалась недолго. — Приедет племянник отца.
Он наследник всего состояния, и он не знает, что мы банкроты. Впрочем, вы знаете, что дом заложен. Похороны Якубуса справлены на последние сбережения. Скоро я с мамой останусь без крыши над головой.
Ван Ромпей поджал губы. На лбу образовались глубокие складки морщин.
— Простите, что не оправдала ваши ожидания, — сказала Ника еле слышно. — Спасибо, что помогли нам.
Не могла смотреть в глаза мужчине. Было стыдно и до боли унизительно признаться в нужде и бессилии. Почувствовала, как устала.
Будто не было короткого отдыха. Перед глазами маячила полоса из невезения и неудач: сплошная, чёрная, бесконечная.
— Долг каждого христианина помочь семье почившего и выразить своё почтение его памяти, — ответил Ван Ромпей.
— Лёгкой вам дороги в Амстердам.
Она не смогла сказать, что готова рассмотреть любое его предложение о взаимовыгодном сотрудничестве, вдруг поняв, что оно будет выглядеть неуместным и навязчивым. Она и так сказала мужчине много, непозволительно много.
— Вы уже уходите? — неохотно произнёс он.
— Мне нужно кое-что отдать Ван дер Мееру. Якубус оставил… для него.
Видела, что Кэптен собрался уходить, украдкой зевает и терпеливо ждёт окончания её разговора с банкиром.
* * *— Жди меня во внутреннем дворике, — сказала Ника, пройдя мимо Адриана.
Сняв с полки в коридоре свечу, поднялась в свою комнату. В приоткрытое окно задувал лёгкий ветерок. Дышалось легче; запах горьких трав выветрился.
