— Думаю, хуже не станет, — Адриан не менее внимательно присматривался и принюхивался к соседке.
— А если порошок просрочен и вызовет раздражение? Рана-то открытая, — Ника в задумчивости почесала шею. Выбившаяся из-под кружевного чепца прядь волос щекотала кожу. — Может, он ядовитый и им нельзя присыпать рану? — вопросительно уставилась в слегка прищуренные глаза Ван дер Меера, в которых плясали жёлтые огоньки свечного пламени.
— Откуда у тебя столь глубокие познания в медицине? — хмыкнул он, задержав взгляд на тонких пальцах соседки.
— В этом коробе нет ничего, что может навредить здоровью человека.
— Ну, если ты уверен… Надеюсь, через пару часов тебе не станет хуже, — Ника нехотя присыпала рану и принялась бинтовать её узкими полосками полотна.
Получалось не слишком ловко. Криво нарезанные полоски скручивались и путались.
Мужчина смотрел на неё сверху вниз.
Под его пристальным взглядом Нике стало жарко. Краем глаз она видела, как он остановил свой изучающий взгляд на её лице. Уголки его губ дрогнули, но от улыбки он воздержался.
В серых глазах промелькнуло не то удивление, не то особый интерес.
Его загадочный и задумчивый взгляд породил в ней надежду на возрождение прежних дружеских отношений.
«Господи, — мысленно взмолилась она, — позволь мне узнать, что такое счастье. Позволь узнать, как это бывает, когда тебя любят».
Глава 23
— Руз, почему?.. — услышала она сдавленный голос Адриана.
Кэптен обтянул штанину, тяжело сел на стул, откинулся на его спинку и вытянул ноги под стол.
Опершись ладонями на сиденье соседнего стула, Ника тяжело поднялась. Вопросы не должны оставаться без ответов, иначе это породит массу неверных, губительных домыслов. Вздохнула:"
"— Я устала терпеть над собой многолетние, ежедневные издевательства, которым не видела конца. Якоб перешёл все границы. Он задумал убийство. Я должна была его остановить. Прости, что втянула тебя в свои дела.
— Теперь это и мои дела.
Ван дер Меер подвинул графин со спиртным, налил полстакана, отпил половину и поморщился.
От стука донышка о столешницу у Ники зазвенело в ушах. Виски прострелило болью. Яркое свечное пламя расплывалось перед глазами. Она дотянулась до подсвечника и погасила одну свечу из трёх.
«Хенни сделала бы это сразу», — вспомнилась озвученная ею плохая примета. Прогноз сбылся, слегка изменив траекторию и сместившись в пространстве.
Ника расправила на спинке стула мужской кафтан и села. Взяв стакан кэптена, в два глотка допила содержимое.
