Не знаешь, где что чебурахнуло? У кого ни спрашиваю, никто не знает. К участковому что ли сходить?
Ника улыбнулась:
— Сходите, напишите заявление. Потом вас допросят с особым пристрастием и возьмут подписку о невыезде.
— Это зачем? — подозрительно прищурилась тётя Таня.
— Как зачем? — с воодушевлением удивилась Ника. — Фильмы про ментов не смотрите? А вдруг это вы к диверсии готовитесь? Ночью неудачно провели сборку секретного оружия, у вас там… эмм… чебурахнуло. Теперь вы всех об этом спрашиваете, таким образом от себя подозрение отводите.
— Кто ж это дома сборку проводит? — сглотнула тётя Таня сухим горлом.
Ника промолчала и демонстративно опустила глаза на объёмную сумку соседки.
— Купила сыну новые сапоги резиновые. Вот, несу ему. Скоро грядки на даче копать, — тряхнула та сумкой и бойко протянула: — Тю-ю, нашли диверсантку.
— Ещё с обыском придут, — заверила её Ника. — Адвокат потребуется. Самый дорогой.
Тётя Таня посмотрела на неё с недоверием и быстро закруглилась:
— Так и не было ничего.
Никто ж ничего не слышал. Приснилось мне. Старая я, больная, страдаю нервным расстройством личности.
Ника задержалась между этажами. Закралось подозрение, что с Ромкой могло случиться что-то плохое, и кто в этом будет виноват? В окно подъезда наблюдала, как тётя Таня остановила подругу с мусорным ведром и, широко открыв сумку, показывала ей резиновые сапоги.
«Это надолго», — решила Ника и спустилась на первый этаж.
Можно было войти в квартиру Грачёва без предупреждения, но Ника пару раз нажала на кнопку звонка.
Разумеется, Ромка не услышал — музыка играла хотя и тише обычного, но довольно громко.
Ника сжала в кармане куртки газовый баллончик и толкнула дверь в квартиру.
Позвала Грачёва. Прислушалась.
На его сдавленный стон свернула к кухне.
Бледный Ромка сидел на полу у стены с вытянутыми в проход ногами и смотрел на Нику. Сквозь прижатые к животу растопыренные пальцы сочилась кровь. Серые губы беззвучно шевелились. В широко раскрытых стекленеющих глазах стояла смертная тоска.
Чужое присутствие позади себя Ника почуяла мгновенно — лёгкий поток воздуха тронул на голове пух коротких волос.
Она отшатнулась, натыкаясь спиной на что-то… кого-то дюжего и рослого.
Захлебнулась воздухом; из одной руки выпала сумка, вторая выдернула из кармана газовый баллончик.
Ника не успела ни обернуться, ни о чём-либо подумать.
Не успела дать отпор.
Жёсткая ладонь закрыла ей рот; острая боль обожгла бок — раз, ещё раз, ещё.
