В глазах расплывались разноцветные круги, ноги и руки я не чувствовала, но умудрялась как-то стоять. Значит не сломала. Не сломала.
Онемение растекалось не только по телу, оно пробиралось и в голову. Я никак не могла сообразить, что надо делать дальше, мозг буксовал на этом месте.
Кто-то потряс меня за плечо, разворачивая к себе, заорал прямо в лицо:
– Где страховка? Есть у тебя страховка? Кому звонить? Ментов вызвала?
– Не надо никому звонить… – проговорила я непослушными губами.
– В страховую надо, дура, что ли?
– Идиотка какая-то тормознутая, – услышала я еще один голос сбоку.
– Да она упоротая, посмотри на нее.
– Насосут на тачку, а потом такое вот.
Шум сирены заглушил остальные голоса.
Я пошатнулась, оперлась на крышу разбитой «ламбы», но тут же отдернула руку – она показалась мне раскаленной. Захотелось уйти подальше, сбежать, предупредить всех. Она ведь взорвется? Или нет? Или не взорвется? В фильмах машины взрываются. Почему нет?
Кто-то подхватил меня под локоть и куда-то потащил. Я почти не сопротивлялась, лишь бы подальше.
– Как зовут? Адрес? Телефон? Страховка есть? Где паспорт? Кому позвонить?
Меня закидывали вопросами, но я реагировала только на последний:
– Никому. Не надо! Не надо…
Руки дрожали, и я все время подносила их к глазам, чтобы на это посмотреть. А потом увидела в окно, что «ламборгини» затаскивают на эвакуатор, мигающий оранжевым маячком и запаниковала.
– Куда ты! – только и успели крикнуть мне вслед, а я уже выскочила и подбежала к эвакуатору, пытаясь уцепиться за распахнутую искореженную дверь «ламбы».
– Стой! – меня догнали и попытались удержать, но я рвалась за ней, словно за кем-то близким в уже выкопанную могилу.
– Нет, я с ней! С ней поеду! – настаивала я, вырываясь так сильно, что понадобилось двое мужчин, чтобы не дать мне забраться следом.
– Надо ехать в отделение, дамочка, – веско сказал мне полицейский в салатовом жилете. – Страховка у вас где? В машине?
– Не надо ехать! Не надо…
Мои губы дрожали, воздуха в легких не хватало, да плюс ко всему ныли ребра, отзываясь вспышками перед глазами на каждое резкое движение.
– Ты что босиком? Ну-ка, марш в машину!
– Давай ее в отделение, потом разберемся."
"– Куда?! Нет! Я никуда не поеду! – я отталкивала руки, которые тянулись ко мне, пятилась и пыталась убежать, но под ноги попадались осколки стекла и пластика, и я спотыкалась на каждом шагу. – Я с ней! С ней!
– Вот дурная! – посетовал кто-то. – Да уж, деточка, папик тебя теперь выебет за машинку.
