Представляя себя локомотивом, пру напролом. Столкнувшись с его громадным телом, таки вписываюсь в дверной проём. На мгновение стопорюсь, улавливая над виском хрипловатый хохот засранца.
Чертов придурок! — отпускаю мысленно комплимент и вылетаю в коридор как пробка из-под шампанского.
Угораздило же меня влюбиться в извращенца!
Глава 8. Дополнительные неприятности
Аня
Прилетев на кухню, совмещённую с гостиной, решаю расположиться именно тут. На огромном мягком диване перед такой же необъятной плазмой.
К черту его спальня!!!
И его к черту!!! Со всеми гелями, презервативами и сарказмом.
Нервно закинув чемодан на диван, подхватываю пульт. Включаю телек, но расслабиться не удаётся. Перед глазами загорается откровенная картинка самого настоящего порно. Мне даже голову приходится немного наклонить на бок, да что там наклонить! Положить на плечо, чтобы понять, что, куда и как пристроено у слившейся в один клубок троицы порноактеров...
— Матерь Божья… — ощутив на щеках жар, выдыхаю.
Впопыхах пытаюсь переключить канал. Тыкаю, тыкаю, но хрен там! Кнопки почему-то перестают работать, черт бы их побрал! А звуки… Звуки, доносящиеся из динамиков объёмного звучания заставляют краснеть и краснеть…
— Пихтиш Пихтиш Йа Йа... Мммм… О, Йа, Йа натюрлих, дас ист фантастишь уне гроссе дизель машин… О, Йа, Йа… О… О…
— Млииин! — пискляво срывается с моих уст. Дрожащие пальцы и коленки подводят меня капитально. Ощутив на своей кисти тёплую мужскую ладонь, сжавшую и отобравшую пульт, вздрагиваю и вскрикиваю одновременно.
Всё сразу стихает. Кроме шума в ушах, и бешеного биения моего сердца где-то не только в горле, но и в пятой точке, кажется, тоже пульсирует.
— Ana, — раздаётся над ухом вкрадчивый знакомый голос.
Спиной чувствую жар, исходящий от его груди. Глаза прикрываю, испытывая невероятный стыд.
— Да ты просто девочка находка. Магнит для неприятностей. Или же наоборот… Ты в курсе?
— Итан… — шумно сглатываю. В голове всё ещё путаются мысли.
Не могу связать и трёх слов. — Я… Я просто…
— Мультики искала?
Не смотря на то, что позади меня взрослый дядька, хочется влепить ему пощёчину, чтобы челюсти свело. Но сжав ладошки в кулаки, резко оборачиваюсь к нему лицом.
— Ну и засранец же ты! — не сдержав эмоций, взглядом врезаюсь в его бесстыжие глаза. Меня неимоверно колотит от злости, и от этого просыпаются крохи храбрости. Чувствую между нами невероятное притяжение.
