— А Рамиль? — напрягаюсь и разворачиваюсь к мужчинам.
— А этот товарищ пока сидит в изоляторе, не скоро вернётся домой, — хмыкает Валиев. — Больше к тебе никто не сунется.
С плеч будто гранитная плита падает. Дышать легче становится. Улыбаюсь совершенно искренне и радостно. Завариваю мужчинам кофе, их любимый. Готовлю омлет, поджариваю гренки. Копошусь вокруг, пока друзья общаются на свои темы.
Завтракаем мы все вместе, Саид охотно рассказывает о жене и дочери. Он очень изменился за очень короткий срок. Чаще улыбается, особенно когда речь заходит о семье.
Мне до сих пор неловко оттого, что я хотела их разлучить в прошлом. И верила, что смогу это сделать.
После сытной трапезы мужчины уходят курить на балкон и явно посекретничать. С любопытством наблюдаю за ними, очень хочется подслушать. Возвращаются довольно быстро и оба злые. Явно разговор не задался.
— Я оставлю тебе ключи от моей квартиры и карту, — внезапно заявляет Саид, кладёт на стол связку ключей и банковскую карточку. — Пользуешься обоими в любое время и не стесняешься, поняла?
— Я не возьму, — мотаю головой, скрещивая руки на груди.
— Независимость свою отключай. Когда дают, надо брать и не спорить, — злится мужчина.
— Так, всё! — рявкает Натан, вставая между нами. — Ты попытался, она отказалась. Иди, Валиев.
— Ты не обязана участвовать в его авантюре. Понимаю, испугалась, но сейчас ты свободна, и никто на тебя не давит. Брак можно аннулировать, — Саид продолжает на меня смотреть сурово и строго.
— Спасибо, Саид, за всё.
Я очень благодарна вам. В первую очередь за тот шанс, что вы мне дали, когда забрали из семьи. За то, что всячески помогали в течение последнего года. За то, что не отвернулись и прилетели. Но я останусь с Натаном, — подхожу к напряжённым мужчинам и переплетаю наши с мужем пальцы. — Ничего аннулировать не надо. И никто меня не заставлял. У нас всё по взаимному согласию.
Вот это я выдала и даже не запнулась, не покраснела и взгляд не опустила. Натан сжимает мои пальцы в некой поддержке.
А вот Саид довольно долго сверлит нас недобрым взглядом.
— Обидишь её, Рахлин… — цедит сквозь зубы и пальцем грозит.
— Да-да, за яйца подвесишь. Слышал уже, — со смешком перебивает его Натан. — Свали уже, мне на работу ехать надо.
— Ключи и карту всё равно оставлю, — раздражённо буркнув, мужчина отступает.
Натан целует в висок и идёт провожать друга. Семеню за ними. Глупо улыбаюсь и сама себе обещаю, что возьму максимум из этого брака, прежде чем он закончится.
