-- Сегодня – никаких конных скачек! – торжественно сообщила Джулия и чуть ехидно добавила: – Я заметила, что вы не слишком любите верховую езду, баронет.
Алексис смутился и чуть невнятно пробормотал:
-- Я выезжал из столицы всего дважды и не слишком привык кататься верхом. Вы же знаете, что больше десяти лет назад в Дольфенберге запретили любой конный транспорт из-за появления автомобилей и трамваев, – и, переходя с неудобной для себя темы, он уточнил: – Скажите, госпожа графиня, а вы сами читали мемуары, оставленные вашими предками?
Взгляд девушки стал очень серьезным, даже несколько жестким:
-- Читала, господин Бенсон.
-- Ваша бабушка, почтенная графиня фон Ваерман, обещала мне позволить поработать с копиями, – зачем-то похвастался он ей.
***"
"От момента этой беседы прошло около трех недель. Гости постепенно разъезжались, старый замок пустел. И однажды за завтраком собралось всего четыре человека: старая графиня, её внучка Джулия, баронесса Марион фон Дюкель, молчаливая и уставшая, и сопровождающий ее кузен – баронет фон Бенсон.
В трапезной стояла тишина, прерываемая лишь легким звяканьем приборов о тарелки и редкими ленивыми репликами о погоде.
Старая графиня казалась утомленной и, периодически, отставив в сторону чашку с травяным взваром, на мгновение прикрывала глаза.
Все это время Алексис проводил в библиотеке замка, где строгий и брюзгливый старик-архивариус бдительно наблюдал за каждым его движением. Баронет делал выписки, но иногда так увлекался текстом, что даже забывал скопировать для себя нужный кусочек.
Эти документы просто завораживали его какой-то необыкновенно яркой и живой речью. Казалось, что они написаны не триста с лишним лет назад, а создаются только теперь. Создаются людьми, смотрящими на мир прямо и открыто, не обремененными тяжестью средневековой морали и нелепыми догмами, и безумно увлеченными своей работой. Алексис чувствовал странное родство душ с этими давно уже покинувшими мир людьми.
-- Ну что, баронет? Какое впечатление на вас произвели дневники Освальда фон Ваермана? – задавая вопрос, юная графиня с интересом ждала ответа. И она его получила, хотя и был ответ несколько неожиданным:
-- Госпожа фон Ваерман, ваши предки были удивительными людьми, но… – он замялся, подбирая слова.
-- Но? – с удивлением переспросила Джулия. – Вас что-то удивляет или смущает?
-- Да. Это очень правильное слово, госпожа графиня. Именно «удивляет».
