Глаза Райковича бешено сверкнули, он даже заскрежетал зубами и с негодованием произнес:
— Ни за что и никогда я не женюсь на твоей матери, Настя! Она недостойна этого, хотя бы потому… — Он опять стиснул зубы и с досадой добавил:
— Я не хочу с тобой это обсуждать. Ты слишком молода, чтобы понять, почему я даже не помышляю о том, чтобы взять в жены женщину, которую ты называешь своей матерью!
— Дядя Ратибор, — Настя почувствовала неодолимое желание придушить мерзкого человечка, посмевшего говорить о ее матери подобным тоном, с таким неприкрытым чувством превосходства и презрения, — к вашему сведению, моя мама и мысли не допускает, чтобы выйти за кого-то замуж! Но, если она решится на этот шаг, я буду искренне рада.
Она еще молода и хороша собой и, думаю, сумеет найти свое счастье! Но в списке возможных претендентов на ее руку, я это знаю точно, никогда, вы слышите меня, никогда не появится ваше имя!
— А кто же там появится, позволь узнать, неужто Фаддей Багрянцев или старший Ратманов? — Райкович с презрительной усмешкой посмотрел на девушку.
— Твоя матушка весьма умело флиртовала с обоими, ничуть не стесняясь моего присутствия, и, думаю, небезуспешно!..
— Ах вы, жалкий негодяй! — Настя вскочила со своего кресла, одним прыжком преодолела расстояние до стола и в мгновение ока вцепилась в пышную шевелюру Райковича. — Я вам покажу, как оскорблять… — Она не договорила, с изумлением созерцая в своих руках скальп, содранный с черепа ее зловредного противника.
Но против ожиданий, ее взору открылась не кровоточащая рана, а жалкая пустыня, покрытая редкой растительностью.
Она ошеломленно посмотрела на растерянного Райковича и вдруг принялась хохотать как безумная.
Райкович перегнулся через стол, вырвал у нее из рук парик и кое-как нахлобучил его на голову."
"— Вон отсюда! — рявкнул он во весь голос и изо всех сил ударил тростью по столу.
— Вон из моего дома, девчонка! Чтобы ни тебя, ни твоей матери уже утром не было здесь! Жалкая паршивка! — Он еще раз стукнул тростью, теперь уже об пол. — Еще приползешь ко мне на коленях, негодяйка, и будешь умолять, чтобы я женился на тебе, потому что никто другой не пожелает взять в жены обесчещенную девицу!
— Вы?! — Настя даже задохнулась от неожиданности.
