Здесь стоял красивый белоснежный рояль, на котором играла матушка – вот уже восемнадцать лет к нему запрещалось прикасаться. С него стирали пыль, его ежегодно настраивали. Но он молчал со дня смерти мамы.
Ещё в гостиной есть камин, но огонь в нем тоже никогда не зажигают. Эта комната будто впала в безвременье с кончиной хозяйки. Отец иногда приходит сюда выпить чай, но нечасто и скорее ради необходимости. Не чувствуется, что он хотел бы оживить гостиную. Его устраивает её опустение.
От папиных слов я вздрогнула.
До сих пор точную дату никто прилюдно не обсуждал (хотя, думаю, в приглашениях отец её обозначил), и потому она выглядела чем-то зыбким и ненастоящим. Я не спрашивала сознательно.
Теперь же…
Так скоро!
– Ясно.
– Платье готово? – строго спросил отец, откусывая песочное печенье, что лежало перед ним на блюдце.
– Да.
Его дошили вчера, и оно мне жутко не нравилось. Громоздкое, вычурное, переливающееся полудрагоценными камнями, что были нашиты по корсету. Пышные юбки, в которых легко утонуть.
Лилового цвета, я выглядела в нем мертвенно-бледной.
– Ты не кажешься счастливой, дочь, – смешок в голосе папы был почти дружелюбным.
Я дернула щекой. Мне нечего сказать.
– Послушай меня, – он отхлебнул чая, глянул на меня по-отечески строго. – Тебе не нужно беспокоиться о мальчишке Коэрли. От тебя требуется лишь стать его женой. Если же ты переживаешь за свою жизнь или здоровье, то клянусь – этот гаденыш не причинит тебе вреда.
Ха. Папа считал, что проблема заключается только в нашей вражде.
Если бы всё было так однозначно.
– Я его не боюсь.
– Ну-ну, – он меня даже не слушал. – От меня не укрылось, какие обеспокоенные взгляды ты кидаешь в его сторону. Поверь, управлять всем буду я. Знаешь что? – глаза его блеснули. – Открою тебе секрет. Мне нужны наследники как можно скорее, чтобы законно предъявить права на земли Коэрли.
– Но… как? Земли принадлежат Демиду Коэрли и его старшим сыновьям.
Отец откинулся на диванчике и с наслаждением потянулся.
– Знаешь ли, и сыновья, и их отцы склонны гибнуть в сражениях. И тогда, ах, какая жалость, титулы достанутся внукам. Старшие сыновья не спешат жениться, так почему бы не воспользоваться нашим преимуществом? Рожай детей, Мэри. Как только они появятся, от твоего муженька можно будет избавиться. До тех пор, если понадобится, я прикую его цепями, но не позволю своевольничать. Он тебя не обидит.
– Что?..
Меня словно ударили под дых.
