Она заметила двух джентльменов в развевающихся плащах, они смеялись, курили манильские сигары и не обратили на нее ровно никакого внимания. Оборванный мальчишка старательно подметал мостовую перед каждым прохожим.
Дом, где поселился Колин, она нашла без труда, с беспечным видом праздношатающегося подошла к парадной двери и постучала массивным дверным кольцом, сделанным в виде головы орла.
Изнутри не донеслось ни звука. Она постучала снова. Внутри послышалось хихиканье, и высокий девичий голос произнес:
— Ах, сэр, оставьте! Да перестаньте же, я вам говорю.
Слышите — у нас гость. Нет, сэр, полно…
Опять послышалось хихиканье, и когда дверь наконец отворилась, перед Синджен предстала одна из самых хорошеньких молоденьких девушек, которых ей когда-либо доводилось видеть. На ней было платье с глубоким вырезом, позволявшим разглядеть полные, на редкость белые груди.
Светлые волосы растрепались, глаза блестели от возбуждения и удовольствия. Она проказливо улыбалась.
— Что-то я тебя раньше не видела, красавчик, — сказала она, уперев одну руку в бок и выпятив грудь.
— Кто ты такой?
«Красавчик» широко улыбнулся и ответил:
— А кого бы ты хотела видеть? Уж не своего ли папашу? Нет, вряд ли. Ведь, будь я твоим папашей, мне пришлось бы разбранить того джентльмена, который тебя рассмешил, а тебе бы этого не хотелось, правда?
— Да ты, я вижу, шутник! Все шуточки да прибауточки и задорные речи! Хочешь кого-нибудь повидать?
Синджен кивнула. Краем глаза она увидела, как какой-то господин прошмыгнул в одну из дверей, выходящих в коридор.
— Я пришел к графу Эшбернхему. Он дома? Девушка поменяла позу на еще более вызывающую и снова захихикала:
— Его милость такой душка, ну просто писаный красавец, да только бедный. Ни на что-то у него денег нет: ни на пригожую девчонку, ни на камердинера, который бы его обихаживал. Толкуют, что он собирается жениться на богатой наследнице, только сам он об том ни гу-гу. Наверное, эта его наследница ни дать ни взять драная кошка, разряженная в шелк, вот он, бедный, и горюет.
— А я слышал, что некоторые наследницы бывают очень даже ничего, — сказала Синджен. — Комнаты его милости, кажется, на втором этаже?
— Да, — отвечала девушка. — Эй, погоди! Я не знаю, у себя он или нет. Уже два дня как его не видела. Тилли — это одна из наших девочек — попробовала было зайти к нему, чтобы, значит, спросить, не охота ли ему поразвлечься — притом она была готова потешить его задаром, — да только его там не было. По крайности он ей не ответил.
