Брюкву она терпеть не могла, но можно было отодвинуть ее на край тарелки и есть все остальное. Картофель и сам по себе был недурен, а с добавлением сливок и мускатного ореха стал очень вкусен. Синджен больше не заговаривала с Колином, и остаток обеда прошел в молчании.
Следующие полтора часа Синджен провела в тупом оцепенении. Ею владело одно-единственное ощущение — боль. Ей было не до окрестностей — их она просто не замечала, хотя Колин продолжал с воодушевлением расхваливать их красоты. Она была уже почти готова сдаться и сказать ему, что больше не в силах проехать ни единого ярда и даже ни единого фута, когда он вдруг сказал:
— Остановись, Джоан.
Отсюда уже виден замок Вир."
"Его голос был полон гордости и любви. Синджен вытянулась, чтобы лучше видеть. Перед ней, занимая собой всю поверхность невысокого холма, стояло здание, нисколько не уступающее размерами Нортклифф-Холлу. Но на этом сходство кончалось. Западная часть здания представляла собой настоящий замок, точь-в-точь такой, какие рисуют на картинках в сборниках сказок для детей: зубчатые стены, круглые трехэтажные башни с коническими крышами.
Для полного сходства не хватало только флагов, развевающихся на верхушках башен, подъемного моста, рва и рыцаря в серебряных доспехах. Замок казался менее массивным, чем Норт-клифф-Холл, но от него исходило волшебное очарование. Восточная часть родового гнезда Кинроссов представляла собой помещичий дом, выстроенный в стиле эпохи Тюдоров. Замок и дом были соединены между собой двухэтажной каменной постройкой, и все вместе походило на длинную руку с кулаками на обоих концах.
Сказочный замок на одном конце, помещичий дом эпохи Тюдоров на другом — сейчас, в начале просвещенного девятнадцатого века, сочетание этих двух столь несхожих стилей, пожалуй, должно было бы выглядеть нелепо, однако в действительности оно выглядело великолепно. Теперь, подумала Синджен, здесь будет ее дом.
— Наша семья в основном живет в доме эпохи Тюдоров, — сказал Колин, — хотя западное крыло, выстроенное в виде замка, гораздо новее: его возвели в первой половине семнадцатого века.
Однако у того графа Эшбернхема, который его строил, не хватило денег, чтобы сделать все должным образом, поэтому замок гниет и разрушается куда быстрее, чем тюдоровский дом, хотя тот был построен на полтораста лет раньше. Но лично мне замок нравится, и я провожу немало времени в его северной башне. Приемы гостей тоже всегда устраиваются в замке.
Синджен смотрела на замок Вир во все глаза.
