Она остановила свою лошадь и какое-то время неподвижно сидела в седле, ожидая, пока боль утихнет. Обернувшись, она увидела Колина — он стоял рядом, вытянув руки, чтобы помочь ей соскочить с лошади. В другое время она бы просто засмеялась и соскочила сама. Но только не сегодня. Сегодня ей пришлось принять его помощь. Он медленно опустил ее на землю, прижимая к своему телу. А когда она наконец встала на ноги, сказал:
— Мне не хватало тебя. — И наклонился, чтобы поцеловать.
Он почувствовал, как она напряглась, и отпустил ее.
В конце концов, они находились во дворе гостиницы, и вокруг было полно любопытных глаз.
Жена хозяина гостиницы, которую звали Герта, встретила Колина так, словно он был ее любимым племянником, которого она не видела много лет. Ах, какой он стал худой, восклицала она, и какая прелестная у него жена! А какие славные, холеные у них лошадки, несмотря на то, что это не собственные их лошади, а всего лишь наемные. И надо же, глазки у молодой графини такие же синие, как ее амазонка! Все это жена хозяина гостиницы выпалила подряд, не переводя дыхания.
"
"В пивном зале было темно и прохладно и приятно пахло пивом и элем. Около дюжины местных жителей, сидевших за столиками, продолжали прихлебывать из своих кружек и тихо разговаривать, не обращая на графа с графиней ни малейшего внимания. Колин велел принести им овсяно-имбирное печенье и стал наблюдать, как жена пробует его. Печенье оказалось восхитительным, и Синджен одобрительно кивнула жене хозяина гостиницы, которая стояла у их стола, почтительно ожидая дальнейших указаний.
— А теперь, — сказал Колин, — мы с тобой попробуем хэггис.
— Колин, я знаю, из чего состоит это блюдо. Я спрашивала Эгнес. По-моему, оно не очень-то аппетитное.
— Со временем ты к нему привыкнешь, ведь все вокруг будут его часто есть и нахваливать. На нем будут вскормлены наши с тобой дети. Так что советую тебе попробовать его уже сейчас.
Их дети! Она воззрилась на него, приоткрыв рот. Дети! О Господи, да ведь они женаты меньше недели.
Колин улыбнулся ей; он догадывался, о чем она думает.
— Прошлой ночью я потребовал от тебя слишком многого, это я признаю, но вместе с тем я трижды излил в тебя свое семя, Джоан. Вполне возможно, что ты уже носишь моего ребенка.
— Нет, — твердо сказала Синджен. — Нет, для этого я еще слишком молода. К тому же я вовсе не уверена, что мне уже сейчас хочется забеременеть. Когда Алике была беременна, ее все время тошнило, во всяком случае, вначале. Она внезапно белела, а потом ее рвало.
