— Если мне не понравится — я избавлюсь от тебя. И никакие уговоры тебя больше не спасут.
В ответ лишь тяжело дышала. Быть с ним я не хочу, но и потерять его покровительства мне нельзя. Сегодня я ещё раз убедилась, что без Реутова я не смогу даже просто выжить, возможно.
Снял с себя пиджак и небрежно бросил его в кресло. Лёгкие наполнил запах парфюма, дорогого алкоголя и…его запах. Запах Влада. Я уже успела к нему относительно привыкнуть и не воспринимала так остро рядом с собой. Протянул руку мне за голову и снял заколку.
Ее тоже бросил куда-то в сторону. Волосы упали по плечам. Реутов запустил руку в них, до самых корней а потом вдруг потянул. Охнула от неожиданности и даже боли, но он не обратил на это никакого внимания. Натянул волосы так, чтобы мой подбородок взметнулся вверх и прижался к губам своими.
Поцелуи грубые, щетина кололась. Он целовал меня не так, как это было до моей выходки с лифчиком. Реутов всё ещё очень зол, и секс будет точно таким же грубым…
Мужские пальцы легли на мою грудь, ладонь сжала всю ее, и ощущения снова граничили с болью.
— Больно, — охнула я.
— Больно? — оцарапал он своей щетиной моё ухо. — Секс, при котором было бы не больно, ты уже упустила. Теперь я тебя трахну так, как нравится мне.
Рука снова натянула волосы на затылке, подтягивая мои губы к себе ближе, чтобы снова в них вцепиться.
Потом хватка ослабла, он отпустил мои волосы и стал исследовать грудь, вытягивать соски и пропускать их между пальцев. Закрыла глаза и попыталась представить себе, что тоже хочу этого секса, что мне нравится эта ласка.
Когда он не делает больно, то я могу представить себе, будто мы занимаемся этим не впервые. Но все равно очень тяжело забыть обо всём и сосредоточится лишь на ощущениях.
— Расслабься, — услышала низкий голос возле уха, — тогда ты тоже получишь удовольствие.
Его губы перешли на мою шею. Я больше не боролась, но и не откликалась, стояла как каменная, прижатая его телом к столу, руки просто покоились на твёрдой груди.
Я никогда в жизни не занималась сексом с другим мужчиной, даже мысли не допускала об этом. И теперь, когда в меня через брюки упирался чужой член, чувствовала стыд и страх. Кожей улавливала его желание, будто бы вся комната была наполнена им.
Губы Влада дошли до груди и втянули в себя одну из вершин. Соски затвердили, и я шумно задышала. Я живая женщина, и эти ласки, пусть и нежеланные, будят моё тело, но в данном случае, это и к лучшему.
