— С голыми сиськами. Он оценит.
Влад приоткрыл дверь и крикнул в проем:
— Ребят, машину готовьте! К Довлатову поедем.
Дверь снова захлопнулась, чтобы верные солдаты не увидели раньше времени моё обнаженное шоу.
— Нет! — громко сказала я, пытаясь провернуться к нему.
Сильная рука продолжала держать меня за шею и не давать и с места сдвинуться.
— Пожалуйста, не надо, — попросила я, и хватка на коже ослабла.
— А что такое? — поднял брови вверх Влад. — Тебе не нравлюсь я. Если тебе нравится он, так и скажи!
— Нет, — неосознанно вцепилась в его руку дрожащими пальцами.
— Я прошу прощения. Позвольте мне остаться.
От унижения из глаз сами собой потекли слёз. Но что я могу поделать, если у меня пока не получается справиться с собой? Все против меня!
— Убери свои слёзы, — брезгливо сморщился Реутов. — Терпеть не могу ноющих баб. Не я тебя в эту ситуация загнал.
И не я! А Дима… Хотелось сказать ему, но я усвоила урок, что язык лучше прикусить при нём. Этому мужчине меня нисколько не жаль.
— Не отвозите меня к Довлатову, — попросила я.
Старалась заставить себя перестать плакать, но у меня ничего снова не получалось.
— Ладно, — вдруг кивнул он и пошёл к столу, бросив меня у двери. — Не повезу тебя к Гене, уговорила.
Влад налил себе виски в бокал и отпил. Не зная, что делать, я поплелась за ним.
— Спасибо… — сказала его спине.
— Не благодари, — отмахнулся он. — Я тебя просто выгоню, и Гена приедет за тобой сам."
"Очередной ком подобрался к горлу, мне стоило больших усилий не разрыдаться.
Его все равно мои слёзы не тронут, только раздражают ещё больше. Душу заполнило горькое чувство отчаяния.
— И договор я аннулирую, — добавил он и достал из ящика стола наш договор.
Реутов уже собирался его порвать на пополам, но я успела подбежать и схватить его за руки.
— Не надо, — тихо говорила его, несмотря ему в глаза. — Я сделаю всё, что вы хотите.
— Серьёзно? — издевался он.
— Да.
— То есть, ты готова извиниться? Мне надоели твои фокусы, Калиновская.
— Я уже извинилась два раза, — растерянно ответила я и осмелилась взглянуть его в лицо.
Взгляд Влада снова потемнел, и смотрел он на мою обнажённую грудь, вздымающуюся от частого дыхания. На время забыла, что я почти голая, но сейчас снова ощутила себя неуютно и мне вдруг захотелось прикрыться. Руки непроизвольно проснулись к груди в желании спрятать ее от этих темных глаз, но теперь уже Влад сжал мои запястья, не давая закрыться.
— Не словами, — ответил он и прижал меня к столу.
