В приглушенном освещении гостиной тени, которые создает огонь от свечей и камина, делают лицо мужчины более резким и жестким.
Не найдя в себе сил ослушаться, встаю, беру тарелку и иду к нему.
Даже думать не хочу, что будет дальше.
— Поставь блюдо на стол, — командует он негромким голосом. — Садись ко мне на колени. Лицом к лицу.
— Это обязательно?
— Ива. — Ему достаточно посмотреть мне в глаза и надавить тоном, чтобы я молча исполнила требование.
Лучше бы я поела, сидя на своем стуле. Как нормальный человек!
Чер-р-рт…
Перекидываю ногу через его бедра и сажусь на Пожарского верхом.
Как говорится: к лесу задом, к хозяину передом…
Он не сводит с меня серьёзных горящих глаз.
Хорошенькое дельце. Так ещё я не ужинала. Или на этом ужину конец?
Подумав о том, как мы выглядим со стороны, вскидываю на Максима Андреевича вопросительный взгляд. В горле мгновенно пересыхает.
Облизав губы, отбираю у него бокал. Пью немного прохладного вина, и только потом осознаю, что мы делим один напиток на двоих.
Это так интимно и волнующе… Знать, что наши губы касались одного и того же места на бокале…
Я сразу же впадаю в краску.
Голова идет кругом. По телу разливается горячая волна мурашек.
Нет. Он определенно не человек.
Он дьявол-искуситель.
А я?
Чувствую себя совращенной монашкой. Вот и вся философия.
Там, где присутствует химия, нет места здравому смыслу. Никакая логика в эти моменты с ним не работает. Эмоции берут верх. Наполняют до краев. Ещё чуть-чуть, и мир перестанет для нас обоих существовать.
— Устрицу хочешь?
— Не уверена, что смогу её проглотить.
— А если подумать? — На губах Максима Андреевича возникает довольная ухмылка.
Странный… То весь вечер он хмурится, то лыбится, то рычит, то всем своим глубокомысленным видом ласки просит.
Вот что за мужчина?
Прямо как женщина с ПМС. Человек-загадка, ей-богу.
С ним, как на минном поле: шаг вправо, шаг влево и трындец! Размажет в мясо.
— Я никогда не пробовала устриц, — признаюсь ему, ощущая некую неловкость.
Наша среднестатистическая семья не отдавала предпочтение заморским деликатесам. Мы ели обычную еду. — Эти сырые моллюски слишком мерзкие на вид. Продукт на любителя, — говорю, как есть, чтобы ему не пришло в голову накормить меня диетическим мясом. — А вот лобстер очень вкусный, как и гарнир к нему.
— Хм… Забавно. Я этого не заметил. — Удерживая меня под прицелом своих глаз, Пожарский опускает ладони мне на бедра. Резко втягиваю воздух и сжимаю его ноги коленями.
