Во что превратится твоя идеальная фигура? — привожу несколько весомых аргументов, чтобы передумала.
— Макс… — Кристина бегает по мне растерянным взглядом. Сглатывает и взволнованным шепотом добавляет: — У меня девять недель. Я боюсь прерывать…
— Вчера ты знала о беременности? — глядя в её глаза, касаюсь пальцами заостренной скулы. — Когда выпрашивала у меня ребенка? Ты знала?
— Нет, — мотает головой. — Я принимала противозачаточные. И подумать не могла, что уже…
— Как так вышло? Ты должна была следить за приёмом таблеток.
Я не пользовался резинками, потому что ты взяла эту ответственность на себя.
— Я не знала, что антибиотики ослабляют действие противозачаточных. Мы сделали ребенка в отпуске. На Сейшелах. Когда я переболела ангиной. Ты тогда ещё сказал, что секс — лучшее лекарство для укрепления иммунитета… — всхлипывает, готовая вот-вот разреветься.
— Инструкция для чего нужна, Кристин? — Беру паузу, шумно выдыхая. Голова кругом идет. Терпеть не могу, когда женщины манипулируют с помощью слез.
Мне необходимо выспаться и хорошо всё обдумать на свежую голову, пока сгоряча не наломал дров.
— Макс, у тебя никогда не было форс-мажоров? — ворчит Кристина, обвивая руками меня за талию. — Поехали домой? Я тебе скрининг покажу, — судорожно вздохнув, она прячет лицо у меня на груди и притихает.
— Ладно, — отзываюсь я скептически. Не уверен, что скрининг разбудит во мне отцовские чувства. Но взять тайм-аут, похоже, придется. — Давай возьмем паузу на пару дней. Только решать будем без родителей.
— Мама с отцом уже в курсе, — поднимает виноватый взгляд.
— Отлично… — сдерживаю в себе очередную вспышку злости.
— Прости, Макс, — Кристина, как ребёнок, оттопыривает нижнюю губу, — мне пришлось им сказать. Ты не отвечал на звонки, а я растерялась…
Глава 44
Макс
После короткого стука в дверь в палату входит Варшавина с какими-то распечатками в руках.
— Доброе утро, Максим Андреевич, — улыбается наша общая знакомая. Взгляд заинтересованный, восхищенный, впрочем, как и всегда, но Кристина в упор этого не замечает или не хочет замечать.
Она считает Катю профессионалом и своей новой подругой. — Отдохнул немного? Совсем работа тебя заездила, — в последнее слово Варшавина вкладывает двусмысленный подтекст, словно у меня на лбу написано, что я трахался всю ночь напролет.
Быть может и написано. Хрен его знает. Иванна до сих пор не выходит из моей головы.
«Я внесу ваш номер в черный список…» — пульсом колотятся в висках её слова.
Наивная.
