"
"Осознав это, Мадди оторопела. Да-да, конечно. Нейтан считал ее весьма опытной в постельных делах. Но последние десять лет он провел вдали от Англии, поэтому не знал, что у нее была репутация недотроги. Он полагал, что она распутница – как многие актрисы.
А муж вновь принялся теребить ее сосок, и Мадди опять застонала. По телу же ее волна за волной прокатывалась сладостная дрожь. Наблюдая за ней, он улыбался. Блеснув зубами, сказал:
– Тебе ведь нравится, верно? Признайся, не отпирайся.
Мадди перехватила его руку, пытаясь остановить эту сладостную пытку.
Было совершенно невозможно о чем-то думать, когда он ласкал ее вот так…
– Да-да, нравится. Вот только… Я к этому не привыкла, я никогда этого не делала, – пролепетала Мадди.
Брови Нейтана взметнулись, казалось, он был весьма озадачен ответом жены.
– Не делала… это? – переспросил он.
Щеки Мадди окрасил румянец.
– Я никогда не была с мужчиной. На аукционе продавалась… моя девственность.
Нейтан вздрогнул и, отстранившись от жены, пристально посмотрел – прямо-таки пронзил взглядом; при этом лицо его выражало недоверие.
Под его пытливым взглядом Мадди стало неловко и стыдно из-за того, что она только сейчас сделала это признание. Наверно, она бы додумалась до этого раньше, если бы венчание не было столь поспешным и если бы ее не затянул водоворот страстей, бушевавших в семье виконта.
Тут, наконец, его губы дрогнули в усмешке, а затем, к величайшему удивлению Мадди, он откинул назад голову и расхохотался.
– Да-да, конечно! Я понял, что ты задумала на сегодня, – проговорил он.
– Все ясно, моя скромная девочка.
Его смех показался Мадди ужасно обидным. Неужели он находил ее невинность забавной?
Она резким движением вернула ночную рубашку на место, подтянув ее вверх.
– О, Нейтан!.. Я надеялась, ты меня поймешь. Ведь я тебе только что все объяснила…
Он снова усмехнулся.
– Да, я прекрасно все понимаю, дорогая. Ты разучиваешь новую роль. Образец благопристойности… благородная и сдержанная, верно? Но со мной не нужно играть, Мадлен! Тем более – когда мы наедине.
«О боже! Как он мог все так извратить?!» – мысленно воскликнула Мадди.
– Нет, все не так, как ты думае… Ах!..
Чуть наклонившись, муж подхватил ее на руки и с самодовольной ухмылкой проговорил:
– Если желаете лечь в постель, миледи, будь по-вашему.
Мадди тихонько вздохнула, опустив голову ему на плечо. Мысли ее путались, и она едва ли могла бы сказать, о чем, собственно, думала в эти мгновения – она тонула в нахлынувших на нее ощущениях.
