Да, он был прав: они действовали в полном согласии, и казалось, оба они никак не могли насладиться друг другом – хотелось еще и еще…
Внезапно его руки оказались на ее талии, и он, одним ловким движением развязав на ней пеньюар, сбросил его с ее плеч. Шелковое одеяние бесшумно скользнуло на пол. Нейтан же чуть отстранился и окинул взглядом ее грудь, просвечивавшую сквозь тонкую ткань ночной сорочки.
Затем принялся поглаживать и ощупывать ее груди – сначала одну, потом другую. Когда же пальцы его легонько сдавили сосок, Мадди невольно застонала.
Не успела она перевести дух, как муж проворно освободил ее из плена – ночная сорочка соскользнула с ее плеч, но задержалась на бедрах, спасая от полной наготы.
И тут Мадди вдруг сообразила, что свет свечей падал на ее обнаженную грудь – она не успела потушить их до появления Нейтана. Каждый раз, когда Мадди представляла себя впервые с мужчиной, она думала, что все будет происходить под прикрытием темноты и под одеялом, с долгими страстными поцелуями, предваряющими интимные ласки.
Но они сейчас стояли у камина, и Нейтан раздевал ее с ловкостью опытного соблазнителя. Она никак не ожидала от него подобной прыти. И уж тем более не ожидала того, что он уставится на ее обнаженные груди с алчным выражением лица; сейчас он представлялся ей огнедышащим драконом, готовым ее испепелить.
Тут Нейтан склонил голову к ее груди, и сердце Мадди бешено заколотилось. Она вскинула руки, пытаясь остановить его.
– Нейтан, стой! – воскликнула она, прижимая ладонь к его груди, от которой веяло жаром.
Муж взглянул на нее с недоумением.
– В чем дело? – пробормотал он.
Мадди метнула взгляд в сторону кровати под балдахином – кровати с откинутым покрывалом и пышными подушками.
– Не лучше ли нам перейти в постель? – прошептала она.
Нейтан смотрел на нее с удивлением – словно она сказала что-то странное, и он никак не мог понять, чего она хочет.
Наконец, потеребив ее сосок – Мадди снова застонала, – Нейтан проговорил:
– А здесь я разве не доставляю тебе удовольствие, дорогая? Готов поклясться, что доставляю.
Когда он ласкал ее так, Мадди забывала обо всем на свете – едва была способна соображать. Колени же ее подгибались, и если бы не его рука у нее на талии, удерживавшая ее, она бы рухнула на пол. О, его ласки так ее возбуждали, вызвали столь острое желание… Похоже, он прекрасно знал, как прикасаться к женщине, чтобы добиться от нее подобной реакции.
И еще, казалось, что он ждал и от нее каких-то действий.
