– Но он все равно должен понять, что ты уже не тот взбалмошный юнец, которым был когда-то. Мне кажется, ваши раздоры можно уладить, так что…
– Все, хватит. – Нейт поднялся и собрал документы. – Я не стану говорить с тобой о нем. Ни сейчас, ни в будущем. Идем?
Тихо вздохнув, Мадлен встала со стула. Было видно, что ее разбирало любопытство, но его это не волновало. Ох, она даже не представляла, что произошло в прошлом, и он не имел желания говорить с ней об этом."
"Между ним и отцом была пропасть, навести мосты через которую не представлялось возможным.
И их ссора не имела никакого отношения к его, Нейта, разгульной юности. Именно по этой причине он не хотел никакой близости с Мадлен, кроме физической. Не хотел, чтобы она задавала вопросы и что-то выпытывала.
Потому что могла бы узнать тайну, замаравшую его душу.
Глава 17
Мадди уставилась на приглашение, которое держала в руке. Оно было адресовано всем членам семейства – лорду Гилмору и леди Гилмор, леди Софие и леди Эмили, а также лорду и леди Роули.
Сидя за элегантным письменным столом в маленькой столовой, Мадди снова и снова перечитывала надпись на плотной кремовой карточке, чтобы сполна насладиться коротким сообщением: «Герцог Хутон имеет удовольствие пригласить Вас на бал, который состоится…»
Сердце Мадди гулко колотилось в груди. Через три недели с небольшим она войдет в дом деда. Наконец она встретится лицом к лицу с герцогом Хутоном и получит возможность открыто обличить надменного человека, отказавшегося от дочери из-за того, что та вышла замуж за безродного актера.
Мадди прекрасно помнила тот день, когда застала плачущего отца на могиле матери. Ей было тринадцать лет, когда ее любимая мама погибла в результате ужасной аварии. У их фургона сломалась ось, и мать выбросило под колеса.
Они тогда путешествовали с труппой актеров по северу Англии, и Мадди пошла поискать отца, поскольку другие актеры собирались тронуться в путь. Они давали спектакль в отдаленной деревне.
Увидев отца на коленях, на свежей могиле, заспешила через маленькое кладбище.
Под ногами хрустели осенние листья, укрывавшие погост близ старой каменной церкви. Звук его рыданий разрывал Мадди сердце. Стараясь сама не расплакаться, она присела на корточки и обняла его за широкую спину.
– О, папа, я тоже по ней скучаю. Очень.
– Я не знаю, как мне оставить ее здесь. Она была всем в моей жизни.
– Знаю, папа. Но мы должны ехать. Нас ждут.
Он повернул к Мадди свое красивое мокрое от слез лицо.
