Переливающееся голубое платье было сшито из шелка, подаренного Нейтаном, и ей пришлось умасливать старую графиню, чтобы та позволила ей надеть платье столь сочного оттенка. Но ее усилия не пропали даром. Взглянув в зеркало в гардеробной, она увидела, что наряд с открытыми плечами как нельзя лучше сочетался с ее поднятыми вверх белокурыми локонами. Леди Гилмор позволила ей взять изысканное сапфировое ожерелье с каплевидной подвеской из коллекции фамильных драгоценностей.
В сиянии факелов у кареты алела ковровая дорожка – чтобы дамы не запачкали подолы своих бальных нарядов.
Мадди окинула взглядом толпу восторженных зевак, но тут Нейтан взял ее под руку, и они проследовали за графом Гилмором и его матерью в дом мимо строя ливрейных слуг, стоявших у входа.
В просторном вестибюле с высоким потолком толпились разодетые аристократы. Хрусталь огромной люстры сверкал и переливался всеми цветами радуги в мерцании сотен свечей. Мадди охватило нервное возбуждение. Это был мир ее матери, и Мадди давно хотелось на него взглянуть.
Она протянула свою накидку лакею, прислуживавшему гостям. Сжимая в руках небольшой ридикюль, она вместе с Нейтаном заняла место за графом Гилмором и вдовствующей графиней в цепочке гостей. Леди Милфорд, стоявшая у подножия мраморной лестницы, встречала их всех. Великолепная в сиреневом атласе и бриллиантовой тиаре на угольно-черных волосах, она занимала видное место в обществе.
Мадди прерывисто вздохнула. Она не видела леди Милфорд с того самого дня, как та навестила ее в театральной гримерной и попросила включить Нейтана в число участников аукциона.
Признает ли ее светлость факт их первой встречи? Как Мадди объяснит их знакомство другим? Особенно бабушке Нейтана?
– Расслабься, дорогая. Ты слишком уж нервничаешь, – прошептал Нейтан, склонившись к ее уху. – Моя крестная не кусается.
– Она, может, и нет, зато другие кусаются.
– Будь рядом, и я защищу тебя от волков, – рассмеялся муж.
Он тотчас же повернулся, чтобы поговорить с Эмили и Софией, стоявшими следом за ними.
И все это время Нейтан легонько обнимал жену за талию. Даже сейчас, среди множества людей, Мадди чувствовала, как его тепло распространялось по всему ее телу, разжигая страсть. Плотское удовольствие, которое она познала с ним, превосходило все ее девичьи фантазии."
"Поскольку же их брак являлся взаимовыгодным предприятием, она старалась не обращать внимания на темные стороны его характера, которые он скрывал от посторонних.
