— Но… что это даст?
— Как же вы наивны! Когда люди поймут, что я готов посещать те мероприятия, где появляетесь вы, в надежде на вашу благосклонную улыбку, вас завалят всевозможными приглашениями. Все, что от вас потребуется, игнорировать те из них, в которые не будут включены ваши тетушка и кузина. Очень скоро наиболее сметливые дамы поймут, что именно от них требуется, чтобы заполучить вас и, соответственно, меня тоже на свои торжества.
Лицо Генриетты озарилось улыбкой.
— Ах, как же вы все хитро придумали. Да, это очень мне подходит.
Дебен и не подозревал, какой ошеломляющий эффект может произвести на него женская улыбка.
В то же время его отрезвляла мысль о том, что, знай мисс Гибсон о его истинных намерениях, она стала бы всячески избегать встречи с ним.
Однако Дебен не намеревался позволять второстепенным явлениям, вроде угрызений совести, сдерживать себя. Мисс Гибсон обязана стать его женой, и он сделает все от него зависящее, чтобы она пошла с ним к алтарю. Даже если для этого придется обмануть ее.
— Частично, — серьезно произнес он, притворяясь, что собирается присесть рядом с ней на диван. Генриетта тут же подвинулась, освобождая место и глядя на него широко раскрытыми от любопытства глазами. И снова Дебен почувствовал укол раскаяния.
Но в очередной раз предпочел игнорировать это ощущение.
— Рискуя быть обвиненным вами в грубости, мисс Гибсон, смею напомнить об одном обстоятельстве, которое может разоблачить затеянную нами игру. — Он взял ее руки в свои, не прерывая визуального контакта.
— Это моя репутация.
— В-ваша репутация? То, что вы считаетесь распутником? Д-да, я знаю, что вы обычно не преследуете невинных девушек…
Дебен отрицательно покачал головой:
— Я никогда не преследовал ни единой женщины, даже тех, которые давным-давно распрощались с целомудренностью. Самое большое, что мне нужно было сделать, — послать несколько искусных намеков. Если интересующая меня женщина предпочитала игнорировать их, я не видел смысла настаивать. Как бы то ни было, всегда находилось множество других, которые с радостью преследовали меня.
— Самыми красивыми! — воскликнула Генриетта, пытаясь высвободить руки из его хватки, но Дебен держал крепко."
"— Дело не в том, что вы некрасивы, мисс Гибсон. Я же говорил, у вас множество положительных черт: чистая кожа, выразительные глаза и манящие губы. Ваша проблема, моя дорогая, в отсутствии индивидуальности, с помощью которой вы смогли бы привлекать внимание мужчин вроде меня. Хотя это скорее обаяние.
