— Неужели я задал такой сложный вопрос, лера? Что же меняет мое к вам обращение? — Он прищурился, ведя какую-то свою игру, смысл которой я не понимала.
— Для меня меняет все, — выдохнула я, пытаясь, вернуть свои мысли в нужное направление.
— А для меня ровным счетом ничего. Ора, лера... Все едино. Никогда не страдал возвышением собственной расы над магами или оборотнями... Да и против ведьм ничего не имею. — Он подошел к перилам и, согнувшись, сложил на них руки. Замер. Просто стоял и смотрел, как капли бьют по небольшим лужам на каменной тропинке.
— Вы видели оборотней? — прошептала я. — Говорят, они населяют континент через океан.
Он не отреагировал на вопрос. Молчал и всматривался в одну точку, словно уйдя в себя.
Поняв, что ответа не будет, пожала плечами и решила, что мне лучше вернуться в комнату. Развернувшись, сделала лишь шаг и тут же услышала тихое:
— Не уходи... ора. Мне тоже не спится... Вместе не так одиноко коротать ночь.
Тон его голоса стал подкупающе мягче. Да и выглядел он в этот момент не как хамоватый генерал.
Глубокая ночь, а он босой, как и я, на террасе. Неужели его тоже терзают кошмары? Это затронуло мое любопытство.
Подумав немного, я взглянула на него и хитро прищурилась.
— Чего же вам не спится? Совесть является мучить за загубленные жизни магов?
Его плечи затряслись и до меня долетел тихий смешок.
— Нет, лера. Совесть для военачальника — ненужный элемент.
— Тогда что же вы здесь делаете?
— Сам не понимаю, что со мной, — улыбка сошла с его лица.
— Не могу уснуть, и все тут. Иногда такое бывает. Я чувствую неясный страх в груди, словно чужой. Он терзает меня, не дает покоя. Только по ночам. Днем никогда. Это странно, правда? Сегодня именно такая ночь.
Ну вот, не одну меня, значит, во снах душат кошмары. Даже немного жалко стало этого огромного мужчину.
Вернувшись, я уцепилась за перила и, подпрыгнув, уселась на них сверху. Генерал вздрогнул и, резко рванув ко мне, схватил за плечо так сильно, что напугал. Открыв рот, я лишилась дара речи.
Но, опомнившись, обхватила его запястье двумя руками, пытаясь высвободиться.
— Генерал... как вас там... — С перепугу и имя его позабыла. — Вы что творите?
Он вскинул голову и уставился на меня в упор безумным, шальным взглядом. Моргнул. В его ледяных глазах снова появилось пламя. Зрачок пульсировал как бешеный: он то сужался до тонкой нити, то вновь становился человеческим. Подавшись вперед, мужчина втянул в себя воздух, его ноздри расширились.
