— Айла! — в голосе жениха послышалось раздражение. — Ну, почем мне знать все или нет? Но что гиблое место — так точно! Не зря же я за рощей сети ставлю, а не тут.
— Надо другую поляну для встреч выбрать, — пробурчала недовольно.
— Зачем? — смутился он и, пожевав травинку, добавил. — Нет, это хорошее место. Никто сюда не приходит. И дорога недалеко. Взрослым здесь делать нечего, а мелочь мамки не пускают под угрозой порки. Но к обрыву не подходи. Не нравится мне, когда ты там стоишь. Не по себе.
Пожав плечами, я вернулась к большим камням и присела на разложенный плащ Оуэна.
Солнце начинало припекать. Под ногами ковром стелились мелкие желтые цветочки. В зарослях звучали трели птиц. Я очень любила начало лета. Еще не жаркое и уже такое зеленое.
И вроде так хорошо, но почему-то тревожно.
— Оуэн, а когда эта война до нас дойдет?
— Уже дошла, — он встряхнул с добротных штанов налипшую грязь. — Отец сказал — завтра уходим.
— Завтра! — всполошилась я. — И ты только сейчас мне это говоришь! Оуэн!
— А что не так? — он приподнял бровь.
— Я все продумал. Соберёшь с вечера узелок, и я за тобой приду. Сбежишь из дому, а там война закончится, остынет твой папка да и смирится. Куда ему деваться-то!
— Но разве так можно? — неуверенно пролепетала, глядя на друга во все глаза.
— А что нельзя? — он пожал плечами.
— Бежать из дому — это страшно! — мой голос опустился до шёпота. — Отец, если поймает... Он, знаешь, в какой ярости будет. Мне вчера за разбитый кувшин так досталось. Прутиком по рукам, — я отвернула рукав и показала свежие красные полосы.
— А за побег и вовсе зашибет!
— Не поймает, — грозно рявкнул друг, глядя на следы ударов. — Я тебя в свою семью приведу, и ничего мой отец сделать не сможет. Я у него сын единственный. Кроме меня в роду только брат троюродный. Мое слово весомое! Если я сказал невеста, значит, невеста! А иначе обижусь, отрекусь от рода и пусть им братишка наследников выдает. А он хиляк! В книжках своих торчит как червь и меча в руки не берет.
— Умный, что ли? — не поняла я.
— Типо того... Не скажу, что плохо это. Но дракон... Он должен быть и начитанным, и физически сильным.
— Так может, вырастит он и сильным станет?
Оуэн пожал плечами. Заметно было, что не одобряет он увлечений брата, но и обидеть его словом боится.
— Айла-а-а! — раздалось со стороны дороги.
Мгновенно соскочив с камня, я отдернула платье и испуганно уставилась на жениха.
— Айл-а-а, а ну... Иди сюда, мерзкая соплячка.
