Оуэн… Выжил ли?
Сколько раз я спускалась к отцу в кабинет, чтобы попросить разведать все о моем друге... И не могла проронить ни слова…
Я так никому и не рассказала, что случилось той страшной ночью.
Ни о том, что натворил мой отец. Ни о предательстве братьев. Ни о чудовищно жестоком драконе, чье имя и не знала. Для меня он остался безликим отцом Оуэна, бросившим меня умирать страшной смертью.
Ни лица, ни имени, ни голоса.
Все стерлось…
— Айла, что ты притихла? — Мама легонько коснулась моей руки. — Что за грустное выражение? Милая, все будет хорошо! Никто не станет на тебя давить.
Но пора выходить в свет. Нельзя вечно прятаться за стенами родного дома...
— А мне хорошо за этими стенами, мама! Я не хочу замуж. Зачем? Я ведь могу быть рядом с вами. Навсегда.
— И я могу... — подпел Ульви. — С вами навсегда...
— А я без внуков не могу-у-у.... — жалобно протянул папа, не выпуская газету из рук. — Мне кому дело передавать? Я ради кого спину гнул всю жизнь? А? Все это ради того, чтобы сын, сидя за книгами, плесенью покрылся и паутиной оброс, а дочь — в старых девах жизнь прожила, окруженная котами?!
— Почему сразу котами, пап? — простонала я.
— О, прости. Ну да, в нашей семье только Токи радует меня регулярным потомством от всего, что лает по округе!
Я отвернулась к окну.
Пейзаж не баловал разнообразием. Поля с низкой пшеницей. Все та же голубая лента реки. Обветшалые домики крестьян с косыми крышами. Телеги. Огороды, на которых гнули спину люди. Я могла быть одной из них.
...
Могла, но не стала...
Сражаясь с дремотой, всматривалась в даль.
До трактира, в котором мы собирались ночевать, было еще далеко.
Изредка нас обгоняли другие кареты... Одинокие всадники.
Все чаще воины имперской армии драконов.
Война переместилась далеко на север, где еще оставались лены магов. Но и их судьба была предрешена. Туда отправили отряды двух самых молодых генералов императора. Так что скоро мир воцарится на всем континенте.
Этого ждали все.
— Айла, поспи, — Ульви обнял меня за плечи и притянул к своей груди.
— Отдыхай, сестренка.
Теплые губы брата коснулись моих волос.
Зевнув, устроилась удобнее и сомкнула глаза.
Слабый толчок вынудил меня вынырнуть из объятий сладкого сна. Тряхнув головой, уставилась на темное небо и тут же перевела взгляд на Ульви, который нес меня непонятно куда. Судя по тому, как он кряхтел, ношей я оказалась нелегкой. Бедный мой братец, но пусть тренируется, ему еще избранную всю жизнь на руках таскать.
