— Вы плачете! Давайте, я помогу вам вернуться в комнату и позову шиу Хэйла.
— Да, плачу, — криво усмехнувшись, кивнула, прожигая его взглядом. — Узнала сегодня, что для вас приказ орина важнее жизни ребенка. А у вас со сном как? Не являюсь вам живой головешкой?
Он замер, руки дрогнули, и тяжелый поднос выпал из его ладоней. Чашечки покатились по полу, разливая ароматный чай. Звон утих.
— Айла... — выдохнул управляющий... — Я...
— Да искали — ночи не спали. А что стоило сразу сказать хозяину ""нет""? У него были причины меня ненавидеть.
Такая грязь в семье, как магичка — это, конечно, крайне нежелательно, особенно для единственного сына. Но вы? За что? Вы-то меня за что там умирать оставили?
— Трус, — выдохнул он. — Место потерять испугался.
— Ну так живите с этим дальше.
— Не могу, — его голос стал еще тише. — У меня дочь в том возрасте, что были вы тогда. Иногда смотрю на нее и удавиться хочется.
— Хм... — я как-то печально усмехнулась. — Представляете ее на моем месте?
— Да... — он прикрыл глаза и медленно кивнул.
— Но больше боюсь, что мой поступок обернется бумерангом, но заденет не меня, а ее. Думаю, а вдруг случиться что-нибудь, и моей малышке нужна будет помощь, а с ней поступят так, как я с вами тогда. Боги не слепы. Если можно было бы все вернуть... — он печально вздохнул, не договорив.
Сам понимал, как все это звучит. Если бы...
— Надеюсь, ваша дочь никогда не узнает, что вы совершили, — искренне пробормотала я. — Не ей платить за ваши ошибки. Нет ничего страшнее, чем разочарование в собственных родителях, но дети за них не в ответе.
Она, наверное, любит вас.
— Очень, — шепнул он.
У меня на глаза снова навернулись слезы. Эмоции всколыхнулись да так, что дышать стало трудно. Сжав ладони в кулаки, я повернулась и пошла в сторону лестницы. Нужный мне этаж был ниже.
— Мы искали вас, — прилетело мне тихое в спину. — Все это время.
— Не нужно было бросать, — выдохнула в ответ.
Волна обжигающей боли снова затопило сердце.
Я была так зла... на себя.
Это как получается? Я вспомнила, как лежала там на крыльце, с залитой кровью головой, и плакала от страха. Как больно жгло глаза. Как их разъедало от сажи. Как тяжело было дышать этим дымом, что стелился по крыльцу, вырываясь из дверного проема. Как трещал надо мной дом, грозясь обрушиться и похоронить меня под пылающими балками. А мне так хотелось жить, как же я боялась тогда не успеть сообщить, что Оуэн в реке.
Наверное, я боялась этого больше смерти.
