— Вы будете отвечать на мои вопросы?
Только пожала плечами, упрямо пытаясь сосредоточится и позвать милорда Верда.
— В доме есть мой сын или моя жена?
— Нет. — Я с облегчением покачала головой.
— У вас странная реакция, — заметил барон.
— Какая есть.
— Я предполагал испуг или упрямое молчание… Вы способны удивлять, миледи Вероника.
— Надеюсь, это комплимент, — ответила я, а сама мысленно пыталась звать: «Ричард! Мне нужна помощь! Я возле камня…»
— Вчера сын и жена были в поместье милорда?
— Нет, — снова отрицательно качаю головой.
— А в господском доме? В столице.
— Тоже нет.
У барона в глазах смесь удивления и злости.
— Вы знаете, кто устроил побег моей жене? — быстро говорит он.
— Да, милорд, — ответ на этот вопрос я и не думала скрывать.
— Кто же это?
— Ваш сын.
— Это мерзкая ложь, мне назло! — выкрикнул он.
— Сожалею, милорд, но это чистая правда.
— Вы повторяете это за Вердом!
— Думайте как хотите. Еще что-нибудь?
— Кто устроил побег моему сыну? — Отчаяние вытесняет все остальные чувства, и я почему-то это чувствую…
— Он сам.
— И это было его решение?
— Да, — выдохнула я, все же чувствуя непрошеную жалость к этому неприятному человеку.
— Вы знаете, где они?
— Нет, не знаю.
— Надо же… Все, что вы говорите, — правда. Вы знаете, когда мне предложили интригу, по которой мою жену обвинят в покушении на ублюдка императора, я даже обрадовался. Не то чтобы между ними была какая-то неземная любовь — ему, как и мне на тот момент, надо было жениться, а Луизе — выходить замуж.
Конечно, он был… привлекательнее. Романтичнее. Эдакий герой, вернувшийся с войны. Но ее род выбрал меня — и понятно почему… И не то чтобы она давала повод для ревности — Луиза всегда была до отвращения правильной. И удивительно приличной. Это в какой-то момент начинает действовать как зубная боль. Такое совершенство… Но ты однажды начинаешь понимать, что за этой правильностью — пустота. А ты женат на статуе, говорящей приятным тихим голосом абсолютно правильные вещи. И это сводит с ума…
— И вы решили, что быть человеком, отрекшимся от супруги, более выгодно.
— Ни я, ни Борнмут не предполагали, что Луизу будут использовать, чтобы прикрыть покушение с помощью кентерберийской змейки… Вы должны знать, что в случае использования этого порождения темной магии наказание ждет не только самого мага, но и весь род.
— То есть вас использовали втемную? Сыграли на вашей неприязни к милорду Верду?
— Может, это и хорошо, что жена и сын исчезли, — пробормотал барон.
