— А вы? — уже смеялись они оба.
— Что я не поставлю ему пять по религиозным соображениям: рука не поднимется.
На этом мы и распрощались.
Я тихонько вернулась домой. Посмотрела на часы — прошло около двух часов. В доме было тихо. Значит, меня никто не искал, все занимались своими делами. И вообще, я молодец. В таком же приподнятом состоянии я спустилась на кухню. И что же я услышала, подходя к двери? Правильно. Слуги опять обсуждали кого-то.
— И вот с чего она сбежала? — огорченный голос Оливии."
"— Не знаю, — раздосадованный — Джона.
— Только все уладилось. Свадьбу через месяц назначили, милорд ходит счастливый. Я его таким в жизни не видел… А потом — раз. И ни саквояжа, ни теплой одежды. Ни артефакта переноса.
«Надо же, какая у кого-то жизнь насыщенная. Страсти какие!» — подумала я и открыла дверь на кухню.
— Так кто сбежал-то? — не удержалась я. Нет, в отсутствие Интернета сплетнями действительно начинаешь наслаждаться. А с учетом того, какой бред пишут их местные газеты, — так вдвойне.
— Вы, миледи, — смогла ответить Оливия.
— Что за бред! С чего вы взяли?
— Так… портал переноса.
— Я по делам уходила! — возмутилась я.
— А одежда? — пискнула горничная.
— Вы на улице были? Там холод какой.
Натан и Каталина смеялись, глядя на нашу перепалку.
Вдруг одна мысль мне пришла в голову — и по позвоночнику прошлись ледяные иглы нехорошего предчувствия:
— Джон. А милорд знает?
Смех резко оборвался.
— Конечно, миледи, — с удивлением посмотрел на меня камердинер.
— Если даже мы открытие портала такой мощности почувствовали, то что уж говорить о милорде.
— А… Вы можете ему сообщить, что произошло недоразумение и я уже дома?
— Конечно, миледи. А почему вы сами ему об этом не сообщите?
— Каким образом?
— У вас же на пальце его перстень.
И вот все, включая Пашу, знают, что кольцо непростое. И, оказывается, сколько всего можно делать с его помощью. Меня бы еще просветили…
— Должна вас огорчить, я до сегодняшнего дня не знала, что это артефакт, а не простой перстень.
К тому же я не умею им пользоваться. Оливия — закажите мне мои лекарства, пожалуйста.
— А ваша бутылка… Разве она не была полной?
— Была. Но ее больше нет с нами.
— Миледи, — поднялась Каталина. — Может быть, вы кушать хотите?
Вот. Святая женщина. Я поела и отправилась спать. Устала я зверски. Голова побаливала. Милорд Верд ко мне так и не пришел. Утром, когда я проснулась, то узнала, что он уехал очень рано, отказавшись от завтрака.
