Ты ведь уже была… с ним?
– Убирайтесь! – повысила голос Дуня.
– Это моя квартира, дочка, – напомнил Коротков, а потом вдруг неожиданно вздохнул, словно осекся: – Послушай, Евдокия… Я не с того начал. Разучился нормально общаться с нормальными людьми. Дело ведь не в этой квартире, и даже не в том «бабле», что ты задолжала банку. Дело в другом. Долбаный Ирбис все у меня отнял. Все! Я бы убил с-с-суку, да он какой-то неубиваемый. Обложил меня по всем фронтам. Долг выставил такой, что я не потяну. Помоги мне, дочка, а? Дело ведь не хитрое.
А ты у меня красавица. Чуйкой чую. Потолкуй с ним полюбовно, хорошо? Тебе все равно денег негде взять, а долг не отдашь, без крыши над головой останешься.
– Мразь! – прошипела Дуня."
"– Всего лишь твой отец, – вскинул мужчина бровь и вышел в коридор. – У тебя два дня, девочка. Либо достаешь деньги, либо идешь к Ирбису. Выбор за тобой, но учти, что мои ребятки будут рядом. Присмотрят за тобой и этой, как ее… Анной?
Отец открыл дверь, а в подъезде уже маячила пара плечистых парней.
В одном из них Дуня узнала того самого незнакомца, который бегал в парке. Выходит, это люди отца следили за ней?
Дуня со всей силы хлопнула дверью, когда отец вышел на лестничную площадку. Руки тряслись. Хотелось выть в голос. Или кого-то ударить. Больно. Выплеснуть всю злость на другого человека.
Шумно выдохнув, Дуня глянула в глазок. Амбалы так и стояли под дверью, словно караулили ее.
Девушка решила, что не станет это все терпеть. Позвонила в полицию.
Спустя десять минут, в подъезд вошли доблестные служители порядка.
Под зорким взглядом Дуни через глазок, амбалы о чем-то побеседовали с представителями закона. Девушка захлебнулась от возмущения, когда увидела, как несколько крупных купюр перекочевали из рук бандитов в руки полиции. И стражи скрылись.
Вот и все. Ничего не изменить. А на телефон пришло сообщение.
Незнакомый номер сообщал место, время, дату. Ночной клуб, о котором Дуня только слышала, но никогда там прежде не была.
Выходит, отец уже все просчитал и принял решение за нее.
Гад. Сволочь!
Все они одинаковы. И Ирбис, и Коротков!
* * *– Дунька, ты чего?
Анютка, как чувствовала, примчалась этим же вечером, когда Дуня не ответила на вызов. Открыла замок своим ключом и уставилась на сидевшую в коридоре прямо на полу девушку.
– Ну-ка вставай, подруга! Нечего сидеть на сквозняке, – ворчала Аня.
Сквозняк? А Дуня даже не заметила. Сидела и думала обо всем, и даже слез не было. Закончились.
