Дуня даже прикасаться к нему не хотела. Но понимала, что подруга будет тревожиться. А потому по памяти набрала знакомый номер.
– Ты куда пропала?! – начала возмущаться Нюра. – Ты в курсе, что я на уши подняла все руководство на работе? Вахтер до сих пор заикается! Дуня! Где ты сейчас? Я приеду!
– Не нужно, Анют, – Дуня прервала поток Анькиной речи и, понизив голос, проговорила: – Меня забрал Ирбис."
"– Какой Ирбис? Тот самый Ирбис??? Как забрал? Ты что, пакет молока, или картошки мешок??? – возмутилась эмоциональная Аня.
– Говори, где ты! Я приеду!
– Не нужно, Аня, – возразила Дуня, прикинув, что деятельная подруга может нарваться на неприятности. И не факт, что Ирбис вообще разрешит кому-то видеться с Дуней. Четко же указал на то, в каком статусе она.
– Не нужно твоей подруге приезжать, – раздался вдруг отрывистый голос того, кого Дуня видеть совершенно не хотела. – И к ментам идти не советую.
Дуня вздрогнула, когда Георгий вошел в палату. Бесшумно, как хищник, загоняя ее, жертву, в угол.
Короткова вжалась спиной в стену. Больничные тапочки и сорочка, казалось, рассыпались под тяжелым взглядом Ирбиса. И Дуня почувствовала себя голой.
– Мне пора, Ань. Все в порядке, правда, – торопливо заверила подругу девушка и разорвала связь.
– Собирайся, – рыкнул Ирбис и, окинув Дуню нечитаемым взглядом, развернулся и вышел из палаты.
Тут же вошел охранник и поставил на постель два огромных бумажных пакета с логотипом известной линейки женской одежды.
– Поторопитесь, Евдокия Андреевна, – сухо обронил мужчина и закрыл за собой дверь палаты.
Приказ был ясен. Ирбис не станет ждать, раз уж собственной персоной заявился в клинику.
Новая одежда села идеально, будто сшита на заказ. В пакете были удобный спортивный костюм, футболка, кроссовки. Даже носки и белье.
Дуня нервно хохотнула, представив, как Ирбис ковыряется в витрине с женскими трусами. Хотя, навряд ли Георгий Матвеевич покупал это все лично. Наверняка отдал приказ, ожидая беспрекословного повиновения.
Собрав волосы в косу, Дуня вышла из палаты. За дверью стоял ее похититель и о чем-то негромко беседовал с главврачом. От верзилы в пиджаке и при галстуке веяло силой и агрессией. Он давил на всех своим присутствием, молчанием, цепким взглядом.
А Дуня хотела бы провалиться сквозь землю, только бы не встречаться глазами с ним.
Доктор откланялся и ушел. Ирбис развернулся и направился к лифтам. А Дуне вежливо подсказали, что идти нужно вслед за шефом.
